Здесь хозяин был куда вежливей — и поздоровался, и поинтересовался, что нужно. Уже через десять минут Егор вышел на улицу в свежей бордовой льняной рубахе с длинными рукавами и широкими манжетами, с вышивкой по груди и двумя деревянными пуговицами. Ещё одна такая же, только белая, нашла своё место в рюкзаке. Как верхнюю одежду Раевский выбрал кожаный колет чёрного цвета, далеко не такой богатый, как остался валяться в лаборатории, но всё же довольно приличный. Заодно он смог оценить местные деньги — три предмета одежды стоили ему десяток меди и семь серебрушек. Определился он и с номиналом — тридцать медяков в серебряной и столько же серебра в золотой. Монеты, как золотые, так и серебряные, назывались фиоры, медяшки — лоры. Был соблазн сменить плащ на короткий, вроде накидки, которая едва попу прикрывала, но не стал, уж больно ему понравилось наследство мага, вроде солнце припекает, но не жарко.

— Куда дальше, хозяин? — поинтересовался Хим, исправно изображающий из себя собаку, и даже почесался задней лапой.

— Есть пойдём. Тебе мяса сырого куплю, а сам в забегаловке местной посижу. Вон, вижу одну такую. Кстати, а сколько тебе нужно есть-то?

— Ну, ночью я изловил трёх зайцев, одного принёс тебе. Двумя наелся.

Раевский прикинул вес ушастого, в том было килограммов пять, но это всё вместе, мяса, наверное, килограмма два, может, чуть больше.

Таверна была большой и пустой, обед уже закончился. И только человек пять сидели в зале над кружками с пивом и каким то рубленным жаренным мясом. Жрали они руками, приборов, кроме ножей, которыми рубили куски, Егор не увидел. Руки мыли в миске, стоящей рядом.

Он снял плащ, кинув его на лавку, и уселся за стол. Мужик за стойкой, которая пока напоминала простой стол, и ещё не до конца сформировалась в то, что мы привыкли видеть в барах, сделал знак шустрой девахе, и она в мгновении ока оказалась у стола.

— Что есть готового?

Девушка на секунду задумалась.

— Кабанчик есть, запечённый целиком, с утра охотники приволокли. Гусь, грудка осталась, нового ещё не делали. И каша к ним на гарнир.

— Давай кабанчика, — решил Раевский. — И пива, только хорошего, не кислятину. И ещё на заднем дворе мой пес сидит, вынеси ему сырого мяса, пару килограммов. Любое сойдёт, хоть кролики, хоть свинья.

— Серебряный фиор и пятнадцать лоров за всё, — назвала цену трапезы подавальщица.

Егор согласно кивнул и, стянув кошель с пояса, отсчитал требуемое. Деньги девица смахнула со стола в широкий карман на переднике и направилась на кухню.

— Стой, — окликнул ее бывший каскадер.

Та развернулась к нему.

— Да господин?

— Вилку принеси, есть у вас такие?

Служанка кивнула, причём в глазах её проскочило уважение.

Егор махнул рукой, отпуская девицу, а сам задумчиво созерцая пустой стол, стал прикидывать, что ему ещё нужно в городе. Чёрствый хлеб он швырнул в загон свиньям на заднем дворе харчевни, вялые яблоки тоже, а значит, необходимо еды в дорогу купить, коня. Хорошо, что на родине ездить научился, и даже в одном сериальчике снялся, где все на лошадях скакали. Ещё сумки переметные, сбрую, ну и карту поискать. Переночевать тут, и с утра с первыми лучами солнца покинуть грязный и не слишком приятно пахнущий Орв.

— Спасибо, Странник, — раздался в голове Каскада голос Хима, — вкусно, не ел еще такого. Только вот костей много.

— Наслаждайся, я скажу, ещё принесут.

— Спасибо, хозяин, но не надо, мне хватит.

— Ну, как знаешь, — улыбнулся Раевский, — а вот и моя еда едет.

Что ж, внушительный бок с ребрами, даже чем-то вроде соуса полито.