— Пять на Керта, он этого заезжего пополам сломает.

— Десять серебрушек на чужака, — раздался из-за спин уверенный властный голос. — Ну, кто принимает?

Все на секунду замерли, сумма для местных немалая. Но сравнения в физической мощи были не в пользу Раевского, поэтому нашлись жадные до лёгких денег.

— Принимаю, — послышалось сразу три голоса.

— Ради серебра, — дыхнул ему в лицо перегаром Керт, — я тебя пополам сломаю.

— Ну, попробуй, — с улыбкой произнёс Каскад и провёл простейший приём, которому обучают курсантов полиции в первый год обучения на занятиях по физподготовке.

Всё вышло, как на тренировке. Схватил руку, держащую его за воротник, прокрутился, пустив захват над головой. Рубаха затрещала, но выдержала. Далее всё просто — заломить руку Керта, зафиксировав её в виде «куриного крыла». Финальным аккордом нанести удар коленом в печень. Инструктор, заставлявший повторять движение до автоматизма, остался бы доволен, результат на пять с плюсом, противник на коленях, правая рука в заломе, ни о каком сопротивлении и речи быть не может. И на всё это ушло секунд пять.

— Эт как? — растерянно выдохнул кто-то из толпы. — Ты это дерись по правилам?

— По каким? — удивился Егор. — Он будет меня бить, потом вышвырнет под дождь? Мне не нравится. Не умеете то, что я сделал, не лезьте ко мне. Я средний фехтовальщик, я же не бросаю вызов лучшему бойцу короны? А теперь с тобой, — и Раевский посмотрел на бугая, который униженно продолжал стоять на коленях, — я обещал тебя вышвырнуть под дождь, пойдём, остудимся.

Он поднял его захватом и, проведя к двери, распахнул её пинком. Он несколько раз провёл Керта вокруг себя, давая ему набрать скорость, а затем направил в дверной проём, из которого он и вылетел на крыльцо, а поскольку разгон был приличный, то с крыльца он слетел в ближайшую лужу.

— Ну, зачем а? — с укоризной спросил один из мужиков, когда Егор вернулся за свой стол под молчание местных.

— А что вы Керту этот вопрос не задали, когда он ко мне полез? — берясь за кружку, в которой ещё оставалось пиво, поинтересовался Раевский. — Вы ведь наверняка ни слова бы не сказали, если бы он меня отсюда вышвырнул? Так вот, он получил то, что заслужил. Он испортил мне хороший вечер. Я устал с дороги, и мне приходится учить вежливости деревенского задиру. Так что, сделайте доброе дело, не беспокойте меня сегодня больше, а то я рассержусь.

Мужики, выслушав отповедь, озадаченно почесали затылки. С такой стороны они на развлечение дружка не смотрели.

— Господин позволит мне присесть? — подойдя к столу, поинтересовался крепкий, хорошо одетый мужчина, слегка за сорок. — Разрешите представиться, барон Эрок фон Зирт, не наследник, третий сын, командую батюшкиными кнехтами.

— Эгор, — представился Раевский и указал на место напротив.

— Просто Эгор? — задал Эрок ставший уже дежурным вопрос.

— Сейчас да, — получил он уже вполне дежурный ответ.

— Понимаю, — заговорщически подмигнул он. — Вина сюда лучшего, — крикнул он корчмарю, — и всем по пиву, я плачу.

Местные, которые прилично продули на ставках, одобрительно загудели.

— Ваша доля, господин Эгор, — и собеседник выложил на стол десять монет серебром. — Я на вас золотой поднял, так что, я угощаю.

Раевский пару секунд смотрел на деньги, после чего сгреб их и убрал в карман.

На столе появилась бутылка и пара кубков. Эрок ловко разлил вино и, подняв его, провозгласил:

— Ну, за знакомство.