Сидир улыбнулся.

— И, конечно, у вас, членов Гильдии, есть еще что-то про запас.

— Гм-м!.. В таком случае, сэр, могу ли я почтительно напомнить вам, что как бизнесмен Касиру принимал дома иностранных агентов, поимка и опознание которых наверняка доставили вам хлопоты. Вы ведь поймали их, не так ли?

— Только одного — женщину-северянку. Киллимариец, с которым она была, бежал.

— Это точно был киллимарейчанец, сэр? А женщина — с севера?

— Да. В этом нет никаких сомнений — таковы признания прислуги на допросе. Киллимарейчанец утверждал, что он беглец, но Касиру проявил к нему больший интерес, чем требовалось к простому матросу. А что касается женщины, нет никаких сомнений, что она прибыла сюда шпионить за нами.

Понсарио цедил свой кофе, очевидно, обрадованный тем, что беседа ушла из опасного для него русла.

— По-моему, сэр, у Касиру не было никаких других намерений, кроме как служить посредником, полагаясь на свое влияние. Вероятнее всего, он получал взятки и деньги, являясь как бы передаточным звеном. В самом деле, на что здесь можно рассчитывать? Киллимарейчанец — одиночка… Да, нужно было захватить его, чтобы разузнать, есть ли у его хозяев какой-нибудь серьезный план. Северянку даже агентом назвать нельзя.

— Почему?

Понсарио вскинул брови.

— Как почему, сэр? Вы ведь знаете, что в ее стране никогда не существовало даже чего-то похожего на правительство. Лишь несколько озабоченных матриархов (которые и матриархи только у себя дома) могли послать сюда кого-нибудь, чтобы он разузнал о вас.

Все, что только удастся. Рогавики не имеет ни государственной, ни племенной структуры власти, ни армии, ни воинов, которые бы поддерживали свою боеготовность, совершая набеги и участвуя в междоусобицах. Говорят, что там нет ни законов, ни обычаев, ни повинностей, нет даже никакой возможности наказать тех, кто не…

— Тем не менее, — перебил его Сидир, — они сохраняли цивилизованные постройки на огромной территории на протяжении всей истории, которая упоминается в хрониках, и они уничтожали любую армию, которая пыталась завоевать их. Откуда берется их сила? Я вызвал вас, Понсарио, сегодня утром к себе отчасти потому, что хочу узнать, где может скрываться Касиру и каким будет его следующий шаг, отчасти, чтобы спросить, чего ожидать от этой женщины, которую мы схватили.

Торговец самодовольно улыбнулся.

— Торговцы и мирные путешественники, посещавшие север, говорят, что с тамошними женщинами не сравнится ни одна женщина мира. — Потом добавил более серьезно: — Но лишь когда эти женщины того желают. Даже в плену они смертельно опасны. Они либо превращаются в маньяков-убийц, либо используют первую же предоставившуюся возможность, чтобы склонить кого-нибудь к предательству — иногда даже жертвуя собственной жизнью.

— Да, я слышал об этом. Эта сука тоже отчаянно сражалась, пока ее не утихомирили. Но, как мне сказали, с тех пор она спокойна.

— Почему Главнокомандующий спрашивает меня о северянах? Разве вы не достаточно хорошо изучили их во время последнего вторжения туда, десять или одиннадцать лет назад?

— Нет, — ответил Сидир.