Несколько сот воинов, расположившись вокруг острова, держали на привязи собак. Эти звери уже успели нанести его армии значительный урон. Отличавшиеся не меньшей свирепостью, что и их хозяева, они вызывали панический страх у цивилизованных людей. Беспокоили и длинные луки рогавикианцев. Но практически ничто больше тревоги у Сидира не вызывало. Кроме нескольких трофейных или украденных доспехов, на северянах была только кожаная и шерстяная одежда, которая не шла ни в какое сравнение с униформой имперских легионов.

Резервный отряд, если это действительно был резерв, казался еще менее организованным: он был разбит на маленькие группки, поближе к обоим берегам, и оставил пустое место на льду реки для возможного отхода основных сил.

Девелькаи, который остался рядом с Главнокомандующим, прокашлялся.

— Полагаю, я понял их план действий, сэр, — рискнул заметить он. — Когда мы приблизимся, их стрелки налетят на нас, выпустят стрелы, а потом рассыпятся по лесу и скроются в укрытиях, прежде чем мы успеем пустить в дело пушки. Боюсь, что выкурить их оттуда будет нелегко. Их пехота постарается либо расколоть наши силы, либо прижать к одному из берегов. В зависимости от хода сражения, их тылы, воспользовавшись тем, что мы заняты пехотой, перейдут в наступление.

Сидир кивнул:

— Дальше этого их тактика не идет, — сказал он. — Удивительно, что они вообще оказались способными на это. — «Чей это план, Доньи? И насколько к нему приложил свою руку киллимарейчанец?» — Мы могли бы просто прорваться, но это займет много времени и дорого нам обойдется. — Он повернул голову к адъютанту. — Двиньте наши войска вниз по течению и остановитесь за островом.

— Сэр? — на широком покрасневшем лице Девелькаи было заметно беспокойство. — Я полагал, что вы не прибегнете к таким чрезвычайным мерам.

Правая рукавица Сидира рассекла воздух.

— Мы разом покончим с этим. Пусть кавалерия окружит их авангард, и они окажутся в ловушке, когда мы отрежем его от основного отряда… а потом атакуем и разобьем по частям… Покончим с ними! — закричал он.

Девелькаи ничего не сказал в ответ, но по его лицу можно было прочесть его мысли: если не произойдет ничего неожиданного, то вся армия Империи окажется на реке, а это означает, что когда северяне станут отступать — нет, обратятся в паническое бегство — они взберутся на берега быстрее, чем всадники, и таким образом многие смогут спастись. Уланы не смогут преследовать их.

Сидир выбросил образ Доньи из головы и объяснил свой план:

— Я решил, что не стоит уничтожать их всех. Не сегодня, когда мы больше нужны в Арваннете. Ты знаешь, какими бешеными, как псы, становятся загнанные в угол рогавикианцы. Они прихватят с собой на тот свет и многих наших воинов. Мы вернемся сюда на следующий год и расправимся с ними, если это поражение, этот урок не заставит их быть умнее. — «Возможно, сам я не вернусь. Меня могут перевести в другое место. Нельзя ничего наперед загадывать». — А сейчас наша главная задача — прорваться сквозь них как можно быстрее и с меньшими потерями. — «Чтобы покончить с ними и уехать от Доньи».

— Да, сэр, — неохотно согласился Девелькаи. — Разрешит ли Главнокомандующий присоединиться мне к своему полку?

— Конечно. — А потом, повинуясь внезапному импульсу, Сидир добавил: — Пусть боги скачут рядом с тобой, друг из Рунга.

Они обнялись и разъехались.

На спуске пришлось спешиться и вести лошадей в поводу. Пришлось идти медленно, и Сидир вспотел. Пот тут же замерзал на его коже. Когда он наконец снова оказался в седле, Сидир увидел, что всадники на берегу уже получили его приказы и тоже спускались на лед, ведя лошадей за собой.