Его силовой скафандр выглядел бы устрашающе для любого, кроме Коргулла. Громадная машина, удесятеряющая мышечные усилия управляющего ей человека, развернула к чёрному небу многочисленные манипуляторы, оканчивающиеся лазерными резаками, встроенными бэнгерами, форсунками кислотных резервуаров, трёхпалыми клешнями. На правом плече светился алмазный крест в золотом круге, лица противника Коргулла не было видно за непроницаемым зеркальным забралом шлема. Человек внутри скафандра временно становился более киборгом, чем сам Коргулл - позолоченные иглы-электроды впились в рефлекторные центры принца Ронга, проникли в его мозг, и многорукая машина стала его продолжением. Говорить, что Ронг управляет силовым скафандром, можно было в том лишь смысле, в каком говорят, что сознание управляет телом. Принцу не требовалось нажимать кнопки и двигать рычаги.

Визионные станнеры зависли над атмосферным куполом. Особого сигнала к началу боя не предусматривалось, было согласовано время. Красные цифры менялись в информационной строке оптического преобразователя Коргулла, абсолютно синхронно с зелеными цифрами на микроэкране в скафандре Ронга.

00.00.05

00.00.04

00.00.03

00.00.02

00.00.01

00.00.00

Сервомоторы боевой машины принца протяжно взвыли, все манипуляторы угрожающе вытянулись в сторону противника. Сгусток обжигающей плазмы сорвался с антенны, пронёсся вплотную к голове мгновенно отклонившегося Коргулла и с грохотом взорвался на трибуне. Коргулл ответил залпом четырёх бэнгеров из предплечий и коленных суставов, один из манипуляторов Ронга сгорел как бумажный. Рубиновый лазерный луч, которым контратаковал принц, задел Коргулла, разорвал трубки пластиковых сосудов, и на ринг пролилась алая искусственная кровь. Почти в то же мгновение второй залп бэнгеров вырвал вооружённое лазером щупальце скафандра, отбросил к подножию трибун. Там оно извивалось, умирая в агонии механических рефлексов, пока не взорвалось. Взрыв на долю секунды ослепил Ронга, Коргулл воспользовался этим, чтобы подобраться поближе. Его левая рука выбросила телескопическую штангу, на конце которой бешено вращался усыпанный кристаллами тесселита режущий диск. Наотмашь Коргулл ударил по броне скафандра, и тесселитовая пила с визгом и снопами фиолетовых искр глубоко вгрызлась в металл, считающийся сверхпрочным, почти неразрушимым. Одновременно правой рукой Коргулл перехватил манипулятор, метнувшийся к его лицу, и сломал его, как сухую ветку.

Очевидно, тесселитовый диск повредил важные коммуникации в скафандре движения машины принца стали неуверенными, реакция ухудшилась. Мощными ударами в грудь и голову принцу удалось повергнуть Коргулла наземь, но завершающего удара он нанести не смог, что-то разладилось в механизме. Коргулл откатился на метр, и там, где он лежал только что, камень задымился под струями концентрированной кислоты, под высоким давлением хлестнувшими из резервуаров скафандра Ронга.

В ярости Коргулл вскочил на ноги и вогнал тесселитовую пилу в оболочку кислотного резервуара. Оболочка лопнула, кислота растекалась внутри скафандра принца, пожирая чувствительные электронные нервы. Полупарализованный монстр выпалил из бэнгера, но уже неприцельно, и камень закипел далеко от Коргулла.

Сильным толчком Коргулл опрокинул врага на спину. Повернув правую ладонь вверх, он вылил на неё расплавленный дестабилизирующим полем холодный металл, более тяжёлый, чем ртуть, сразу застывший тускло блестящей продолговатой булавой. Всей массой этого орудия он ударил в зеркальный пластик шлема Ронга и разнёс его вдребезги. Вместо сложившейся телескопической штанги из левой руки выполз длинный острый стилет и упёрся в артерию на горле принца.

- Ты проиграл, Ронг, - торжествующе прохрипел Коргулл.

Ненависть в глазах властителя Авадона постепенно гасла, уступая место смирению. Да, он проиграл. И надо уметь проигрывать с достоинством.