— Фитц… Чивэл! Фитц… Чивэл!

Худая женщина рядом со мной прижала узловатые руки к груди.

— Он вернулся! — воскликнула она. — Вернулся вороной!

Чтобы не обращать на себя внимание, я тоже повернулся в ту сторону.

— Э, да это просто чья-то ручная ворона, — надменно заявил мужчина.

Мы подняли глаза к небу. Несчастная птица взлетела как можно выше, стая рванулась за ней в погоню.

— Я слышал, что те, кто понимает вороний язык, может научить ее говорить, — поддержал мужчину продавец каштанов.

— Фитц… Чивэл! — снова вскрикнула она, но большая ворона ударила ее. Она потеряла скорость, закувыркалась в воздухе, потом собралась с силами и смело захлопала крыльями, но стая уже окружила ее. По двое и трое они ныряли вниз, клевали ее и выдергивали перья, заполнявшие неподвижный воздух. Уже не пытаясь защититься от нападавших товарок, ворона просто старалась удержаться в воздухе.

— Это знак! — закричал кто-то.

— Это Фитц Чивэл в образе животного! — подхватила женщина. — Бастард вернулся!

Меня охватил ужас. Раньше я думал, что понимаю, через что когда-то пришлось пройти Шуту. Но нет. Я забыл про эту леденящую душу уверенность, что каждый в толпе — мой враг, что славные жители города Бакка, одетые по-праздничному ярко, способны разорвать меня голыми руками так же, как стая ворон рвала в небе одинокую птицу. От страха у меня заболели ноги и скрутило живот. Я попятился, боясь, как бы люди не заметили моих дрожащих коленей и бледного лица. Прижав к себе сверток, я пытался сделать вид, что просто прохожу мимо, и воздушная битва совсем не занимает меня.

— Она падает! — закричал кто-то, и мне все-таки пришлось остановиться и задрать голову.

Но она не падала. По-ястребиному сложив крылья, она пикировала. Пикировала прямо на меня.

Едва я смог понять, что происходит, она ударилась в меня.

— Сэр, я помогу вам! — закричал продавец каштанов и, подбежав ко мне, поднял щипцы, чтобы ударить запутавшуюся в плаще птицу. Я поднял плечи и повернулся, прикрывая ворону и принимая удар на себя.

Молчи. Ты мертва! Я использовал Уит, не зная, услышит ли она меня. Оказавшись в безопасности, ворона мгновенно затихла, и я испугался, как бы она в самом деле не умерла. Что тогда скажет Уэб? Тут я заметил, что глупая шляпа вместе с париком валяется прямо передо мной. Я схватил ее и вместе с вороной прижал к груди. Продавец каштанов, исполненный самых лучших побуждений, прыгал вокруг.

— С какой такой стати вы налетаете на меня? — закричал я на него, водружая парик со шляпой на место. — Как вы смеете так обращаться со мной!

— Сэр, я не хотел ничего плохого, — пятясь, воскликнул торговец. — Эта ворона…

— В самом деле? Тогда почему вы бросались на меня и старались уронить, если не хотели выставить на посмешище? — я тщетно дергал парик, нелепо торчавший на затылке. Послышался мальчишечий смех и замечание матери, которая сама еле сдерживала хохот. Я бросил взгляд в их сторону, потом движением руки сбил шляпу на сторону. Некоторые зеваки засмеялись. Я развернулся, отпуская шляпу. Парик опять сполз на плечи.

— Дурачье! Мерзавцы! Я доложу страже города, что эта улица небезопасна! Нападают на приезжих! Глумятся над гостем самого короля! Знайте же: я — кузен герцога Фарроу, и он услышит от меня обо всем, что здесь произошло! — Я надул щеки, моя нижняя губа дрожала в притворной ярости. Голос мой дрожал по-настоящему. Я чувствовал себя больным от страха, что кто-то может узнать меня.