— Хорошо.

Я достал свой «одноразовый» телефон и позвонил в отдел новостей «Таймс», потом посмотрел на часы и понял, что время давно перевалило за час ночи. Иными словами, газета уже отправилась на покой. Тем не менее мне требовалось поставить там хоть кого-нибудь в известность о происходящем.

Ночным редактором оказался ветеран газеты Эстебан Сэмюэль. Он проработал в «Таймс» почти сорок лет, счастливо избежав за это время всех пертурбаций, сокращений и увольнений, связанных с изменением финансовой и внутренней политики этого печатного органа. Он достиг этого благодаря тому, что никогда не высовывался и не возражал вышестоящим. Кроме того, он приходил на работу не ранее шести вечера, когда редакционный вешатель Крамер и корпоративные сторонники сокращений отправлялись по домам. Как говорится, с глаз долой — из сердца вон. Пока это срабатывало.

— Сэм! Это Джек Макэвой.

— А… Джек Мак! Как поживаешь?

— Неважно, и у меня плохие новости. Убили Анджелу Кук. Агент ФБР и я только что обнаружили ее труп. Я знаю, что утренний выпуск уже набран и в редакции никого нет, но ты мог бы позвонить кому-нибудь, чтобы известить об этом или хотя бы оставить сообщение на эту тему в приложении.

Приложение представляло собой целую кучу сообщений, разрозненных и незаконченных историй, которые Сэмюэлю предстояло за ночь хоть как-то систематизировать и привести в порядок, чтобы положить затем на стол утреннему редактору.

— О Господи! Как это ужасно! Бедная девочка…

— Да, это ужасно.

— Но что случилось?

— Это связано с репортажем, над которым мы с ней работали. Но всех обстоятельств дела я не знаю. В настоящее время мы ждем приезда полиции.

— Где ты? И где это все случилось?

Я знал, что этого вопроса мне не миновать.

— У меня дома, Сэм. Не знаю, насколько ты в курсе этой истории, но вчера вечером я отправился в Лас-Вегас, а сегодня Анджела пропала. Я вернулся сегодня ночью домой в сопровождении эскортировавшего меня агента ФБР, мы с ним обыскали мой дом и под кроватью обнаружили ее труп.

Когда я закончил, этот рассказ даже мне самому показался чистой воды бредом сумасшедшего.

— Тебя арестовали, Джек? — смущенно спросил Сэмюэль.

— Нет. Хотя убийца, конечно, пытается подставить меня. Но находящийся со мной агент ФБР знает, что происходит. Мы с Анджелой вышли на убийцу, и он каким-то образом об этом узнал. Он убил Анджелу и пытался добраться до меня в Неваде, но там ему помешало ФБР. Как бы то ни было, все это войдет в историю, которую я напишу завтра. Приеду в редакцию, как только разберусь с тем, что произошло здесь. Этот материал также пойдет в пятничный номер. Ты все понял? Прошу тебя, сделай так, чтобы мои слова дошли до редакторов новостного отдела.

— Понял тебя, Джек. Сейчас начну звонить. Ты же оставайся на связи.

Если смогу, подумал я, давая ему номер своего «одноразового» аппарата. Потом отключил телефон и посмотрел на Рейчел. Она продолжала мерить комнату широкими шагами.

— Признаться, твоя речь показалась мне не слишком убедительной, — заметила она.

Я пожал плечами.

— Знаю, что говорил как псих. Но лучше не смог. У меня вообще плохое предчувствие относительно этого дела, Рейчел. Боюсь, никто мне не поверит.

— Поверят, Джек. И я, кажется, знаю, что этот тип пытается сделать. Постепенно элементы головоломки выстраиваются в цельную картину.

— В таком случае расскажи, что надумала. Ибо копы могут быть здесь с минуты на минуту.

Рейчел наконец опустилась на стул, выдвинутый из-под кофейного столика. Устроившись, она начала свое повествование.