Изменить размер шрифта - +
Все эти мечтатели и реформаторы - обыкновенные бездельники, место которым на плахе или на костре, потому что они сеют смуту в головах людей, а, следовательно, служат дьявол!,- после продолжительной паузы подвел итог разговору дон Мигель, но, подумав ещё немного, все-таки счел нужным добавить.- Кстати, о Монфоре. Его сын покинул Францию и связал свою судьбу с Англией. И знаете, кем стал этот сын яростного защитника веры и прав королей?

- Нет! - пожал плечами Гачек, не понимая, к чему он клонит.

- Он стал отъявленным бунтовщиком, поднявшим против своего нового сюзерена английских баронов. И во многом, благодаря этому французскому дворянину английская корона имеет сейчас такую головную боль, как парламент. Учреждение абсолютно вредоносное и сеющее смуту в этом и без того неспокойном государстве.

- Я вас не понял! - честно признался собеседник.

- А между тем, все предельно ясно. Никто в этом мире не может быть застрахован от происков дьявола, даже самые преданные защитники веры, потому что нечистый везде сыщет лазейку! Нам, инквизиторам, нужно держать ухо востро и не доверять даже самим себе, что уж говорить про всех остальных! - убежденно закончил свою речь граф.

- Если познание настолько вредит человеку, то Господь лишил бы его возможности познавать! - некоторое время спустя, все-таки, возразил секретарь.

Де ла Верда только снисходительно вздохнул:

- Вообще-то, Господь создавал человечество по своему образу и подобию!

Вот так, коротая путь философскими беседами и рассуждениями, путники одолели горные перевалы Пиренеев и спустились в прогретую солнцем долину, покрытую небольшими холмами с виноградниками и мирно пасущимися стадами овец. Здесь уже чувствовалась близость моря, которое показало свою пронзительную синеву на следующий день пути.

Вскоре отряд въехал в столицу Арагона - Барселону.

Гачек с жадным удивлением рассматривал этот город-порт, с кораблями из неведомых стран, стоящими на рейде - разноголосый гомон, солнце, запах рыбы и соли. Ветер дальних странствий вдруг ударил ему в голову и заставил громче биться сердце.

Но дон Мигель другими глазами смотрел на разноплеменную толпу. Мрачный холод отразился в его черных глазах.

- Еретики,- осуждающе произнес он,- язычники! Но что поделаешь, морская торговля приносит огромный доход. Настолько большой, что мало кого волнует разлагающее влияние ислама на христиан, а уж какую только неведомую заразу они не привозят в своих трюмах! И проказу, и чуму, и холеру - слов не хватает для описания всех языческих язв.

- А так же шелка, пряности, драгоценные камни,- улыбнулся Славек,- вы слишком нетерпимы, граф! Нельзя же так враждебно воспринимать все, что не нравится вам. Дух знает, где и как дышать. Не может же быть, чтобы все человечество помимо христиан было настолько неугодно Богу, чтобы он отвернулся от них.

- Ах, Гачек, как хорошо, что тебя не слышат отцы-доминиканцы,- осуждающе покачал головой граф,- иначе бы они заинтересовались твоими воззрениями. А, по-моему, все гораздо проще - миссия всех христиан в том, чтобы нести свет истинной религии в земли язычников!

- Как во времена крестовых походов?- безо всякого энтузиазма спросил секретарь.

Но его унылый тон не понравился де ла Верде.

- Идея была неплоха, зря ты так скептически морщишь нос! Но, увы! Дьявол и сюда засунул свой нос, и все испохабил, посеяв смуту и враждебность в ряды рыцарей креста.

Гачек с любопытством разглядывал ярко освященные улицы, спускающиеся к морю дома с высокими спрятанными за решетки и жалюзи окнами и балкончиками. Другой мир, другая культура, и, не смотря на нетерпимость христиан к иноверцам, во всем облике города сказывалось влияние Востока и веков мусульманского владычества.

- Да,- нехотя согласился с его замечаниями дон Мигель,- может, мы так поэтому и непримиримы к исламу, что в тяжелой борьбе отвоевывали наши земли у полумесяца.

Быстрый переход