— Да, — не колеблясь ответила девушка.

Она никогда не выдаст бедняжку Магдалену!

— Я ранила его в руку, стилет разбился… этот человек будет жить?

Сандро вопросительно посмотрел на своего помощника.

— Он без сознания, мой господин, — ответил тот. — В данное время опасения внушают не рана на руке, а сотрясение головы от удара о камень при падении. Доктор боится, что яд усложнит состояние раненого.

— О!.. — умоляюще простонала Лаура, зажмурившись. — Только бы он не умер!

Дважды незнакомец пытался убить ее, но она все же не хотела брать грех на душу и нести всю оставшуюся жизнь ответственность за его смерть.

Кавалли приказал одному из своих людей охранять раненого, помещенного в больницу Сан Викторио.

— Сообщите мне сразу же, как только он очнется.

Проклиная себя, Сандро выводил Лауру из Габбии через залы Дворца дожей, переходами соединявшегося с тюрьмой. Девушка отстала и, оглянувшись, он увидел, что она восторженно любуется каррарским мрамором, яркими фресками стен, росписью потолка и витиеватой лепниной, окаймляющей окна и двери.

Лаура мягко улыбнулась ему. Простила! Он этого не заслужил.

— Извините, что отстала, мой господин, прежде я никогда не бывала во Дворце дожей.

Наивные извинения девушки лишь подчеркнули различие в положении между ними. Сандро Дворец был так же хорошо знаком, как и его платяной шкаф. Но для Лауры это был совершенно иной, чуждый ей мир.

Бездна, разделявшая их, стала шире и глубже. Кавалли, однако, не хотелось признавать, что разница в положении его беспокоит.

Он помог девушке забраться в гондолу. Причин задергивать штору не было. Страж Ночи все же ее задернул. Когда он опустился на покрытое бархатом сиденье, Лаура уже откинулась на подушки, собираясь насладиться приятной прогулкой.

Лучи солнца, пробивавшиеся через занавеску янтарного цвета, придавали ее лицу особый оттенок. Она с улыбкой любовалась своим спутником, возлежа на подушках, как бесценное сокровище. Черные локоны рассыпались по плечам, глаза блестели.

Не в силах противиться соблазну, он прикоснулся к нежной коже ее щеки.

— Ах, прелесть юности!

Она задержала его руку. Глаза заискрились озорством.

— Ах, очарование опыта!

Сандро не обратил внимания на насмешливый тон.

— Вы удивительно спокойны для женщины, которая за один день успела пережить столь многое: подвергнуться нападению, ранить напавшего, чуть не убив его, оказаться в Габбии и полдня провести в тюремной камере.

— Не стоит вспоминать старые обиды!

Лаура положила подбородок на руку Стража Ночи.

— Скажите, мой господин, только ли юность прелестна?

Он отнял руку.

— Только!

— Интересно! — она пошевелила ногой, вздохнула и подтянула повыше платье, обнажив бархатную туфельку и лодыжку.

Сандро вспомнилась их первая встреча, когда в студии Тициана он увидел ее обнаженной и столь соблазнительной, что одно только воспоминание вызывало горячий прилив желания. Мир медленно мерк в его глазах. Сандро тряхнул головой.

— Кровь! — неожиданно вскричал он, заметив темное пятно на ноге девушки.

Сандро выхватил платочек, которым Лаура пыталась стереть с ноги пятно.

— Мой Бог! Вам нужно было сказать мне, что вы ранены.

— Это не моя кровь!

— Проклятие!

Мысли разбегались. Он усадил ее на колени и прижал к груди. Страх, что Лаура окажется виновной, ушел, зато его место занял другой — за ее жизнь. Неожиданно для самого себя Сандро жадно припал к губам девушки. Они были мягкими, податливыми, сладкими, как согретые солнцем спелые сливы.