58

Завидев Питта, несущегося во весь опор по тропе, указывая куда-то ему за спину, Плуград поднял голову.

— Мне нужна одна из них! — крикнул Дирк.

Оглянувшись, спецназовец увидел три тележки. Люди вокруг них при приближении Питта расступились, давая дорогу. Не замедляя шага, Дирк подбежал к почти пустой тележке и погнал ее к причалу.

— Белые линии! — остерег его Плуград, но тот лишь отмахнулся, изо всех сил гоня тележку вперед.

На причале одинокий охранник, приставленный к бригаде Плуграда, говорил по радио и не отреагировал, пока не увидел, что Питт толкает тележку к электрическим линиям. Вскинув свой «АК-47», он дал по нему короткую очередь.

Неприцельные выстрелы подняли фонтанчики пыли у ног американца, побудив его подналечь. Передние колеса тележки пересекли первую линию, и он начал ощущать покалывание в шее. Теперь тележка катилась по инерции. Когда боль вокруг горла начала усиливаться, Дирк прыгнул внутрь.

Он скорчился на небольшой груде руды, когда задние колеса пересекли черту. Ошейник должны были прошить пятьдесят тысяч вольт, убив его на месте. Но заряду следовало найти путь от зарытого кабеля к электрическим цепям ошейника, а металл тележки экранировал его от электромагнитного поля кабеля, избавив Питта от электрического удара в шею.

К счастью для него, почва была ровная, и тележка продолжала катиться, пересекла вторую линию и оказалась на причале. Послышалась новая очередь, и Питт попытался слиться с рудой на дне тележки. Борта над головой у него украсила россыпь отверстий: на этот раз охранник прицелился получше. В Дирка впились осколки разлетевшегося куска руды, но в остальном он избежал ранений.

Прокатившись по причалу, тележка врезалась в бордюр у воды. Выглянув, Питт увидел стеной возносящийся над ним борт «Аделаиды», стоящей на якоре, и, вылетев из тележки, как черт из табакерки, перемахнул через край прямо в воду.

Охранник причала, пойманный врасплох, не догадался открыть огонь, пока Питт не скрылся под водой. Подбежав к краю, он нацелил автомат на концентрические круги от падения Питта — и принялся ждать, когда пленник вынырнет.

Дирк врезался в воду у кормовой части «Аделаиды», зашедшей в бухточку задним ходом. Нырнув, он начал грести вглубь, после чего повернул и изо всех сил поплыл к корме. Видимость на два-три фута в мутной воде все-таки была, и он без труда следовал вдоль темного контура корабля, пока корпус не сошелся к заостренной корме и не замаячил большой бронзовый винт.

Будучи опытным ныряльщиком, Питт чувствовал себя в воде вполне комфортно, без труда задерживая дыхание более чем на минуту, и сделал еще несколько гребков по ту сторону корабля прочь от причала. Хоть он и мог бы плыть еще дальше, но остановился и начал легко всплывать, у самой поверхности вдруг сильно толкнувшись ногами кверху.

Голова его выскочила на воздух, и он сделал плавный гребок к дальнему берегу, прежде чем еще раз набрать полную грудь свежего воздуха и уйти под воду. Развернулся и пошел в глубину изо всех сил, направляясь к кораблю, в тот самый миг, когда град пуль хлестнул по воде над ним.

Хотя на самом деле Питт направился обратно, охранник, введенный обманным маневром в заблуждение, взял соответствующий прицел. И прервал огонь ровно на столько времени, сколько потребовалось, чтобы крикнуть двум подбежавшим охранникам:

— Прикройте дальний берег! Он направляется туда.

Те двое побежали к оконечности залива, вглядываясь в воду в ожидании, когда Питт вынырнет.

Но Дирк уже вернулся к «Аделаиде» и плыл вдоль наружного борта. Дистанция выдалась нелегкая — он двигался вдоль всего корабля, пару-тройку раз ненадолго показывался над водой, чтобы вдохнуть воздуха. Достигнув относительно надежного укрытия под скулой носа, он оглядел оба борта судна.