Вытерев руку, Чжоу снова замотал ножевую рану импровизированным бинтом. Чувствуя легкое головокружение от потери крови, он немного подкрепился рисовыми шариками, найденными в бумажном пакете на сиденье. Потом поменял свою куртку на отобранную у Цзяна и поднял воротник. Усиленно подышав на боковое стекло, заставил его так запотеть, что разглядеть лицо, пока он ждал своей очереди, было просто невозможно.

Когда четвертый самосвал отъехал, Сяо махнул ему, чтобы подъезжал к конвейеру. Чжоу положил руки на руль сверху, чтобы заслонить лицо, пока Сяо, встав перед капотом, знаками направлял сдающую задним ходом машину.

Руда посыпалась в кузов с грохотом горной лавины. Потянулась минута за минутой, и Чжоу замер в ожидании, затаив дыхание, боясь, что кто-нибудь надумает с ним заговорить. Но наконец грохот прекратился, и транспортер остановился. Поглядев в боковое зеркало, Чжоу увидел, что рабочая команда уже катит конвейер обратно на склад. Сяо, постучав костяшками по крылу самосвала, направился к собственной машине. Забрался в кабину, высунул руку из окна и показал вперед. Остальные водители включили зажигание и поехали следом за головным самосвалом.

Тяжело груженные машины медленно продвигались по ухабистой дороге, пока не добрались до главного шоссе, после чего покатили на юг через пыльный поселок, выстроенный горнодобывающим предприятием. Оставив этот небольшой оплот цивилизации позади, они поехали через голые степи Внутренней Монголии, завоеванные Чингисханом восемь столетий назад. Чжоу думал, что они выгрузят свою добычу на ближайшем придорожном перевалочном пункте. Но несколько часов спустя, оказавшись в окрестностях многолюдного города Баотоу, он уже понимал, что это не так.

Колонна выехала на оживленную скоростную трассу Цзинчжан, ведущую в Пекин. В предместьях столицы они остановились на грузовой заправке в пригороде Чанпин уже в сумерках. Поднялся ветерок, несший из пустыни Гоби клубы песка. Пока грузовики заправлялись, Чжоу, укутав лицо шарфом, найденным в кармане куртки Цзяна, разминал ноги в сторонке от остальных.

Самосвалы медленно тронулись в путь, пробиваясь сквозь все более плотное уличное движение. Обогнув Пекин по западной окраине, чтобы избежать пробки, они двинулись дальше на юго-восток. Проведя в дороге еще чуть ли не два часа, наконец, оказались в портовом городе Тяньцзинь. Сяо повел колонну через лабиринт улочек к центру большого торгового порта.

Добравшись до старого портового склада, они направились в боковой переулок. Два человека, вынырнувшие из тьмы, забрали мешок с юанями, который Сяо протянул через окно. Ворота в конце переулка распахнулись, и самосвалы проехали в громадный склад, в дальнем конце выходящий на причал. Проехав через все здание, они остановились у сухогруза средних размеров, своими огнями озарявшего мол.

От причала к открытому грузовому трюму корабля тянулся большой транспортер, и Сяо задом сдал к нему. Появилась команда рабочих с лопатами, принявшихся перебрасывать руду из грузовика на ленту. Глядя на это из конца очереди, Чжоу вдруг сообразил, что видел все, что требовалось. И, выскользнув через пассажирскую дверь, принялся пробираться вдоль грузовика назад.

Вахтенный офицер сухогруза, с палубы следивший за погрузкой, бросил взгляд на Чжоу. Разыгрывая роль усталого водителя, тот потянулся и зевнул, подходя к офицеру поближе.

— Добрый вечер, — он отвесил легкий поклон. — У вас замечательный корабль.

— «Грац» стар, жизнь его потрепала, но он по-прежнему бороздит океан, как дюжий вол.