– У меня имеется клочок шестисотлетнего пергамента с письмом Профессора. Написанном чернилами шестисотлетней давности.

– Да. Именно так.

Марек потряс головой, словно отгоняя видение.

– Но я боюсь поверить в это.

– Что касается пергамента, – сказал Гордон, – это просто технологический факт. Вполне реальный. Это можно осуществить. – Он поднялся со своего места и прошел по салону, чтобы сесть рядом с группой.

– Вы имеете в виду путешествие во времени? – уточнил Марек.

– Нет, – ответил Гордон. – Я говорю вовсе не о путешествии во времени. Путешествие во времени невозможно. Это известно всем.

* * *

– Сама концепция путешествия во времени не имеет смысла, так как время не течет. На самом деле представление о том, что время проходит – лишь особенность восприятия человеческой нервной системой событий и явлений. В действительности время не проходит – проходим мы. Само время инвариантно Оно просто есть. Поэтому прошлое и будущее не являются различными местами, как, например, Нью‑Йорк и Париж. И так как прошлое не является местом, вы не можете попасть туда.

Историки хранили молчание. Они лишь смотрели на него.

– Важно составить себе ясное представление об этом, – продолжал Гордон. – Технология МТК не имеет никакого отношения к путешествию во времени, по крайней мере, впрямую. То, что мы развиваем, – это разновидность путешествия космического. Говоря точнее, мы используем квантовую технологию для манипуляции ортогональным изменением координат мультимира.

Они все так же безучастно смотрели на него.

– Это означает, – сказал Гордон, – что мы осуществляем перемещение в другое место многомерной вселенной.

– И что такое мультимир? – спросила Кейт.

– Мультимир – это мир, определяемый квантовой механикой. Это означает, что…

– Квантовая механика? – переспросил Крис. – А что такое квантовая механика?

Гордон замялся.

– Это не так уж просто объяснить, – ответил он наконец. – Но, поскольку вы историки, я попробую воспользоваться историческим подходом.

* * *

– Сто лет назад, – начал Гордон, – физики поняли, что энергия – подобно свету, или магнетизму, или электричеству – имеет форму непрерывных волн. Мы постоянно говорим о радиоволнах и световых волнах. Вообще, представление о том, что все формы энергии обладают такой волновой природой, явилось одним из крупнейших достижений физики девятнадцатого века.

Но существовала одна небольшая проблема, – продолжал он. – Оказалось, что, если осветить металлическую пластину, возникает электрический ток. Физик Макс Планк изучал отношение между количеством света, падающего на пластину, и количеством произведенного электричества и пришел к выводу, что энергия не является непрерывной волной. Напротив, было похоже, что энергия состоит из отдельных частиц, которые он назвал квантами. Открытие того, что энергия существует в виде квантов, и явилось началом квантовой физики.

Спустя несколько лет Эйнштейн показал, что фотоэлектрический эффект можно объяснить, исходя из предпосылки, что свет состоит из частиц, которые он назвал фотонами. Эти фотоны света ударялись в металлическую пластину и выбивали из поверхности электроны, производя электричество. Математически уравнения работали. Они подкрепляли точку зрения, согласно которой свет состоит из частиц. Пока ясно?

– Да…

– Довольно скоро физики начали понимать, что не только свет, но и вся энергия состоит из частиц.