Здесь же, на землях Австрии, Дорохов видел плоды освобождения крестьян от крепостничества. Даже вот этот постоялый двор был примером того, что крестьяне, сделавшись из крепостных людей наемными работниками, могут, оказывается, поддерживать порядок не хуже господ. И, вместе с тем, освобожденные от крепостной зависимости крестьяне приобрели такое самомнение, словно сразу сделались дворянами. Дорохов обратил внимание, что все присутствующие зло косились в их сторону. Похоже, что французская форма все-таки раздражала местное население. Никто пока не кидался на них, но смотрели все недобро. Крепостные себе такое вряд ли позволили бы без одобрения собственных помещиков. А эти совсем обнаглели, пялясь и не опуская глаза, как всегда делали крепостные. Никакого уважения к офицерскому чину!

Разумеется, Дорохов помнил, что на нем французская форма. И оккупантов, конечно, нигде не любят. Если бы он находился здесь один, без своих бойцов, то чувствовал бы себя при таком маскараде весьма неуютно внутри харчевни. Но, с ним рядом сидели надежные парни, вооруженные пистолетами и саблями, а потому никакой настоящей опасности не имелось. Никто тут с вооруженным конвоем не станет связываться. «А что смотрят нагло, так и наплевать. Посмотрят, съедят свою еду, да и поедут своей дорогой», — подумал Дорохов.

Прочувствовав настроения присутствующих, поручик собирался побыстрее выяснить дислокацию наполеоновских войск в окрестностях деревни, да убраться отсюда. Заодно съев, конечно же, заказанную рульку. Вот только, как узнать про перемещения французов через деревню, если мужчины, сидящие в зале, явно настроены непримиримо? Да и общаются они на своем языке и вряд ли знают французский?

Впрочем, присутствовали здесь еще и женщины, обслуживающие трапезный зал. И эти женщины вполне могли знать не меньше проезжих мужчин. Ведь они, наверняка, прислушиваются к разговорам и впитывают все местные сплетни. Так почему бы не попробовать разговорить хотя бы одну из них? И выбор Дорохова, разумеется, пал на Терезу, поскольку она не только понравилась поручику внешне, но и знала французский. Эта девушка была удачной находкой для разведчика!

Приняв решение воспользоваться ситуацией, Дорохов повернул голову в сторону кухни, выглядывая Терезу. И через несколько минут она появилась с той стороны, неся перед собой большой поднос с угощением. И поручик подумал, близко рассматривая девушку, когда та, наклонившись вперед, расставляла перед ним на столе посуду: «Хороша, чертовка!» И он решил разговорить ее, сразу сказав:

— Мадемуазель, вы позволите угостить вас? Выпейте со мной вино, я хочу загладить свою неудачную шутку.

Тереза выпрямилась и, окинув поручика взглядом своих красивых серых глаз, в которых блестели лукавые искорки, сказала:

— Я думаю, что такое не понравится хозяину. Клаус не любит, когда посетители заигрывают со мной. И я даже не знаю, как вас зовут.

— Лейтенант Гастон де Труа, к вашим услугам, — назвался Дорохов вымышленным именем.

— О, так вы за этим столом командуете, оказывается! — усмехнулась девушка.

— Да, я командир, но можно и без церемоний. Зовите меня просто Гастон, — сказал поручик. И, подвинувшись от края стола, освобождая девушке место, он вкрадчиво предложил Терезе:

— Присаживайтесь рядом. Угощайтесь вином. И я расскажу вам о Франции. А недовольство вашего хозяина я компенсирую двойной оплатой.

Дорохов, действительно, мог кое-что рассказать девушке о родине ее матери из собственных впечатлений. Он побывал во Франции недорослем вместе с отцом, когда родитель его еще находился в добром здравии и служил дипломатом, а между Францией и Россией был мир. Отец хотел, чтобы Федор унаследовал его занятие, потому и взял тогда его с собой в очередную поездку. Вот только, все сложилось по-другому: отец умер, а Дорохов сделался военным.