И, не давая мне возможности спросить еще что-то, Ника стронула мотоцикл с места.

Следующий день был полон суматохи. Висла собирали сразу двух своих студентов к отправке в академию. Двух своих и еще — одного меня.

Хотя со мной как раз проблем было меньше всего. У меня не было вещей, кроме того, что на мне и с собой, так что, после того, как Ника собрала два своих необъятных чемодана, и соизволила прерваться, пришлось пройтись по магазинам и потратить еще несколько тысяч с моей карточки на одежду и всякие мелочи вроде зубной щетки. Можно было попросить о помощи патриарха, напомнив, что пол-долга за сорванную поездку в составе экспедиционной группы, Висла мне все еще должны, но я решил этого не делать. Как знать, когда мне понадобится действительно важная ответная услуга, а не такая мелочь, что решается банально деньгами.

Пока мы гуляли по магазинам, Ника объясняла устройство академии, в которой мы окажемся уже буквально завтра. Все несколько часов, что мы мотались по разным торговым центрам, она без умолку болтала, расписывая, как там все чудесно и что нас там будет ждать. Вернее, меня. У нее, понятное дело, планировалась своя собственная программа обучения.

— Во-первых, академия ориентирована на полный цикл обучения. То есть, полный пансионат, или как там это называется… — Ника смешно сморщила носик, вспоминая нужное слово. — Короче, жить мы там будем постоянно, прерываясь только на каникулы.

— А что каникулы? — спросил я, примеряя поочередно вещи, которые набирал по принципу «попрочнее и подешевле».

— А на каникулах ты можешь уехать из академии, провести время с родными. Можешь не уезжать, выгонять никто не будет. Но на каникулах, понятное дело, нет никаких занятий и количество учеников рещко сокращается. Многие зоны закрываются для посещений… Хотя кому-то так даже больше нравится, чем в обычное время, когда толпы студентов шастаюи по коридорам.

— Так уж и толпы?

— Ну в среднем на одном курсе учится около восьмидесяти человек. Четыре курса, умножай на восемьдесят. — Ника пожала плечами. — По-моему, вполне себе толпа.

— Ну да, толпа. — согласился я. — Как-то не подумал о том, что там все курсы учатся одновременно.

— А пора бы уже начинать думать. — съязвила Ника. — В академии никто уже не будет тебя опекать, как здесь.

— Ой ли? — усмехнулся я. — А как же твои обещания пары сотен личных занятий?

— А ты уже и губу раскатал! — Ника притворно закатила глаза. — Ишь, памятливый какой!

— Память ненадежна, я записываю. — хохотнул я, складывая подошедшие вещи в стопку. — Тут все, идем в следующий магазин.

— Надеюсь, с бельем? — не упустила шанса подколоть меня Ника.

Настала моя очередь закатывать глаза.

— В академию мы добираемся на поезде, равно как и из академии тоже. Сразу предвижу твой вопрос — нет, порталов там нет, и открыть их туда нельзя. Сразу предвижу твой вопрос «Почему».

Я не заставил себя ждать:

— Почему?

— А потому что никто не знает почему, вот почему. — широко улыбнулась Ника. — Просто имеется факт — вокруг академии имеется кольцо мертвой области шириной примерно в километр. В этой области не работает никакая прана и любой реадизайнер становится, по сути, обычным человеком. И, мало того, любой пранопоток, проходя через это кольцо, моментально рассеивается, то есть никаких порталов в академию, никаких порталов наружу. Говоря строго, это сначала обнаружили такую интересную аномалию, а уже потом приняли решение организовать внутри нее академию.