Но обратно в реальный мир меня вышвырнуло ровно в тот момент, когда меня накрыла волна удовольствия от оргазма. Будто бы именно это событие вырвало меня из мира богов… Или собственного воображения, разыгравшегося на фоне того, что я давно не слышал богиню?

Поди разбери.

Но разбирать я буду позже. А сейчас у меня есть буквально одно размазанное во времени мгновение, пока сознание, все еще подрагивающее от приятных пульсаций, возвращается в тело, зависшее на одной руке над бездной. Один бесконечно долгий момент для того, чтобы собраться с мыслями, вернуть их в нужное русло и заранее задать своему телу последовательность действий, которая начнет выполняться, едва лишь я обрету контроль над конечностями. Забыть о богине. Забыть о том, что я с ней переспал, даже если мне это лишь приснилось.

Хотя, в общем-то, это будет не так уж и трудно. Говоря откровенно, Ника в постели меня устраивает больше.

Богиня, наверное, обиделась бы. Но, как она сама сказала, нашей связи — конец, и ни я ее больше не услышу, ни она — меня. Зато эта простая, хоть и слегка богохульная мысль наконец помогла мне сделать то, чего я не могу сделать до нее.

Я собрался. Я скомкал все свои разбегающиеся, подобно тараканам на кухне мелкого дворянина, мысли в одну кучку, усилием воли вылепил из нее подобие собственного силуэта и совместил получившееся с висящим на одной руке телом.

И открыл глаза.

Пальцы сжались на поручне, предотвращая падение тела на дно третьего вагона, по ушам ударил надсадный гул электромоторов, и скрежет камней по корпусу снаружи…

А потом откуда-то спереди раздалось громкое шипение и перестукивание железных механизмов. Такое, какого до этого я не слышал.

Звук работы механизмов расцепления вагонов.

Значит, сработало! Панель в третьем вагоне — сработала! Сигнал не просто прошел, Ника его приняла и подтвердила, и сейчас сцепка тягача и следующего за ним вагона рассоединялась!

А значит, через несколько секунд, не знаю точно через сколько, тягач с ускорением рванется вперед, а все еще соединенные воедино второй и третий вагоны — с еще большим ускорением канут в бездну.

А я все еще в них. И меня это не устраивает.

Не для этого я отказывался от предложения богини!

Я рывком подтянулся на поручне, вставая на него ногами. Оттолкнулся, выпрыгивая вверх, в прыжке вытянул руку, ухватился за острую, согнутую из металлического уголка, ножку кровати, зашипел от режущей боли в пальцах, поспешил закинуть и вторую руку тоже. Подтянулся еще раз, снова рывком, чтобы дотянуться до второй ножки…

И в этот момент сцепка перестала грохотать. Вагон явственно дрогнул и пошел назад, пока еще незаметно, но я знал — его больше ничего не держит. Этот рывок мог значить только одно — тягач сорвался со сцепки и начал удаляться от вагона. От меня.

А я не преодолел даже половины наклонившегося почти под сорок пять градусов вагона!

Но это ничего… Это ничего. Я успею. Я везде успею. Я все успею. Я, мать вашу, единственный в мире стреломант! Я только что вернулся с того света! Вторично! Еще и богиню при этом трахнул! Вы думаете, я тут сдохну?!

Я не сдохну.

В моем теле течет прана реадизайнера, в моих руках — власть над самим временем, в моих силах — все что угодно!

Если вдуматься, у меня есть все время этого мира…

Я вытянул из воздуха стрелу и прямо рукой, без всякого лука, вонзил ее в пол перед собой. Как и следовало ожидать, она легко прошила сталь и засела в полу намертво. Заложенный в нее заряд праны рассеялся по пространству, растекся по вагону впитался в него и сработал, замедляя время.

Вагон почти застыл на месте. Не знаю, что там сейчас происходило в третьим вагоном, а второй почти застыл на месте. Весь, включая внутреннее пространство. Даже сорвавшиеся со своих мест, болтающиеся от стены к стене, вещи — почти застыли в воздухе, едва заметно двигаясь вперед, едва заметно поворачиваясь вокруг своих осей.