|
И его палец на спусковом крючке так плясал, что он мог выстрелить даже просто случайно.
И он выстрелил.
Вернее, попытался. Сжал зубы, как будто прыгал зимой в прорубь, сощурил глаза и решительно надавил на спуск.
Но выстрела не произошло. Автомат даже не щелкнул.
Солдатик удивленно посмотрел на оружие, оторвал левую руку от цевья, щелкнул предохранителем и прицелился в меня снова.
Но, прежде чем он выстрелил, сбоку в распахнутую дверь врезалась летящая гора!
Драйз, набравший разгон метров за пять отсюда, впечатался плечом в распахнутую дверь, закрывая ее обратно! Ствол увело в сторону, короткая очередь прогрохотала где-то в стороне от меня, а потом раздался хруст ломаемых дверью ног, которые солдат опрометчиво выставил на подножку!
Не дожидаясь, когда противник очухается, Драйз снова распахнул дверь, схватил первое, что подвернулось под руку — пояс солдата, и одним движением выдернул его наружу, швыряя на траву прямо рядом со мной! Навис над ним, схватил винтовку, в которую тот вцепился, как утопающий — в соломинку, выдернул ее из рук и отшвырнул прочь. А потом нанес один мощный удар сверху-вниз кулаком в голову, от которого многострадальный солдат окончательно вырубился.
Надеюсь, не навсегда.
Дождавшись, когда в голове перестанет кружиться, я перекатился к солдату и проверил пульс — в норме, жить будет.
— Что у вас тут?! — раздался с разных сторон один и тот же вопрос, и нас окружили все остальные.
— За тылом следите! — прошипел я, обыскивая солдата. — Расслабились, вашу мать!
Если он сидел в машине, значит, у него есть от нее ключи — логично же! Как иначе он в нее пробрался!
Есть, вот они! Один небольшой ключ, на котором висит зеленая бирка с черной надписью "31–01". Точно такой же номер, как нарисован на борту грузовика.
— Все в кузов! — скомандовал я, швыряя Нике ключ. — За руль!
Ника без вопросов перехватила ключ в воздухе и первой полезла в кабину.
— Спасибо. — я кивнул Драйзу. — Полезай тоже в кузов.
— Сочтемся. — улыбнулся толстяк. — Само собой, полезу. Не оставаться же тут.
Машина завелась, задрожала и громко рыкнула мотором. Я поймал взгляд сидящей за рулем Ники — она улыбалась, маньячка чертова.
Я проследил, чтобы все влезли в кузов, и только после этого влез в кабину тоже. Кроме Ники там уже сидела Чел, так что я оказался крайним справа.
— Все, валим отсюда как можно быстрее! — скомандовал я.
Ника послушно вдавила педали, одновременно выкручивая руль. Грузовик выехал из общих рядов, и, набирая скорость, пополз вперед.
— И не расслабляйтесь, еще ничего не закончилось! — не забыл напомнить я.
— Есть, босс! — задорно отозвался кто-то сзади.
Я обернулся и обнаружил, что перегородка между кабиной и кузовом на самом деле — простая плотная ткань, точно такая же, из какой состоял сам кузов, и сейчас ее откинули в сторону, организовав практически общее пространство. Я обвел взглядом всех сидящих в кузове. Пусть они сидели на жестких скамейках, пусть их трясло из-за жесткой подвески на кочках, пусть тут даже не за что было держаться, кроме самих скамеек, пусть они были измазанные и уставшие, но они все были живы и даже никто не ранен. Если это не успех, то я не знаю, что такое успех.
— Эй, милый. — буднично позвала Ника. — Ты вроде бы сам говорил, что нельзя расслабляться.
— Вам — нельзя, мне — можно. — хмыкнул я. — Я свое дело сделал.
— Хм… То есть ты хочешь сказать, что ты всерьез полагал, что преследовать нас они не станут?
Я обернулся:
— В смысле "преследовать"?
Ника посмотрела на меня долгим взглядом, игнорируя дорогу:
— В смысле, посмотри в зеркало заднего вида. |