Все-таки я им не доверяю. Им всем. Вообще всем.

Ника ухватила меня за руку и слегка потянула на себя, будто боялась, что я сейчас вцеплюсь псевдопапаше в глотку.

– Это не Себастьян! – жарко выдохнула она. – Он просто похож!

Я кивнул:

– Я уже понял. В следующий раз одергивай меня пораньше: если бы со мной были лук и стрела, он бы уже был приколот к креслу, как жук в коллекции энтомолога.

– Ты слишком много о себе мнишь, – улыбнулась Ника. – В этот раз ты действительно слишком много о себе мнишь. Дядя Дик, здравствуй!

Это она уже двойнику моего папаши крикнула с последних ступенек лестницы. Он прервал разговор с патриархом, повернул голову в нашу сторону и улыбнулся:

– Здравствуй, красавица! Выглядишь, как всегда, просто отлично!

– Ой, да ладно! – засмеялась Ника. – Как обычно выгляжу, да еще и после ванны, в халате… Да ну тебя, в общем!

Мы спустились окончательно, и Ника с удовольствием обнялась с Диком, ради этого поднявшимся с кресла. Смотрелось это комично, ведь Ника ему едва до груди доставала, – дядя Дик оказался настоящим великаном, точно, как и Себастьян, но это было не так заметно, пока он сидел.

– Серж, это дядя Дик, – познакомила нас Ника, отлипнув от гостя. – Дядя Дик, это Серж. Я так полагаю, вы здесь из-за него.

– Приятно познакомиться, молодой человек. – Дядя Дик с серьезным лицом протянул мне ладонь. – Только прошу: без «дяди». Просто Ричард или Дик. И лучше сразу на «ты».

– Добро, – согласился я, пожимая сухую, шершавую, будто обветренную ладонь.

– Ричард наш союзник, – пояснил Оро, безошибочно прочитавший ситуацию. – Он из клана Беловых, аэромантов.

– А почему он?..

Я не договорил вопрос до конца, потому что не был уверен, что Ричард в курсе всей ситуации. Вместо этого я максимально выразительно поднял брови, чтобы кто-то из Кровавых закончил его за меня.

– Почему я так похож на Себастьяна Ратко? – вместо них переспросил Ричард. – Потому что он мой брат. Мой единокровный брат.

Я немного постоял, прикидывая генеалогическое древо. Потом поднял палец в потолок:

– То есть ты – мой дядя?

– Сводный, – кивнул Ричард. – Если такие вообще бывают, конечно.

– Так а почему ты Белов, а не Ратко? И почему ты аэромант?

– Я родился сенсом, и, мало того – я родился со склонностью к другой линии. Поэтому путем династического брака с Сарой Беловой я перешел из клана Ратко в клан Беловых, сменив фамилию и линию, а заодно укрепив связь между родами.

– Я тебе рассказывала, – шепнула Ника. – Те самые редкие межклановые браки.

Я кивнул, показывая, что понял, о чем она.

Интересно, как вообще передается реадиз внутри клана? Как можно родиться со склонностью к другой линии, нежели все остальные члены клана? Что отвечает за то, каким родится человек? И дело ли тут в рождении или все детство и юношество человека тоже определяют, к какой линии он в итоге будет склонен? Не зря же ведь тесты на реадиз проводятся именно в восемнадцать лет… Почему бы не тестировать сразу едва только родившихся младенцев?

Ах да… Кома и все такое. Сам же проходил через это. Проведи такое с младенцем – и он гарантированно не выкарабкается.

– Деда, мы можем потом поговорить с глазу на глаз? – спросила Ника, обращаясь к патриарху.