Эрин усмехнулась.

– Вы слишком насмотрелись программ Опры, Эл.

Глава 26

На другой день Эрин повезла дочку смотреть «101 далматинский дог». После кино они заехали за мороженым, и она заказала себе и Анджи по большой порции фисташкового с шоколадом.

По дороге Анджела, облизывая свое мороженое, принялась развивать давно волновавшую ее тему:

– А мы можем когда-нибудь завести собачку?

– Конечно, дорогая.

– Только не такую, как у тети Риты.

– Может быть, далматина? Точно такого же, как в кино.

– Нет, я хочу большую. Только чтобы он не кусался, правда?

– Тогда мы купим щенка и будем воспитывать его вместе.

– А папа?

Эрин откусила мороженого, и на зубах у нее хрустнула фисташка.

– Хороший вопрос.

– Он не любит собачек. Он любит птичек.

– Я помню, – отозвалась Эрин. – А собака будет нашей – твоей и моей.

Личико Анджи приняло задумчивое и обеспокоенное выражение.

– У папы проблемы?

– Да, детка, боюсь, что так.

– И у тебя тоже?

– Нет, Анджи. У меня все в порядке.

Потом они прошлись по магазину детской одежды полюбовались на выставленные веши, и Эрин купила девочке два платьица, два комбинезона и пару спортивных тапочек «Найк» – белых с розовым.

– Но у меня же еще не день рождения, – удивилась Анджела.

– Я знаю, малышка.

– А почему же тогда ты мне столько накупила?

– Просто так. Просто я люблю тебя, вот и все.

– И я тоже люблю тебя, мамочка. Только не надо плакать.

– Я не плачу. Это все моя аллергия.

Во взгляде Анджелы отразилось сомнение.

– Когда у тебя аллергия, ты чихаешь, а не плачешь.

– К вашему сведению, юная леди, на свете есть сколько угодно видов аллергий, и все разные.

Они неторопливо шли по аллее, держась за руки. Навстречу им красивый молодой человек латиноамериканского типа катил на маленькой инвалидной коляске девочку. Девочка была бледненькая, а иссиня-черные волосы, заплетенные в косички, еще больше оттеняли ее бледность. Одну из ее худых ножек охватывала какая-то металлическая конструкция.

Эрин быстро подтолкнула дочку к двери магазина игрушек.

– Помнишь, у тебя было несколько Барби, а потом они потерялись...

– Но, мамочка...

– Пойдем купим новых.

– Но, мамочка, посмотри! – Анджи увидела катящуюся мимо коляску. – Это «Эверест Дженнингс».

«Ничего себе, – подумала Эрин. – Она даже марки различает».

– Вот и папа так меня катал, – с воодушевлением продолжала Анджи. – Только почему они едут так медленно?

– Потому что у этой девочки болит ножка. Ей нельзя быстро кататься.

– А когда она поправится?

– Тогда, наверное, будет можно.

Эрин задумалась: не открыть ли девочке печальнейшую из истин – что некоторые больные никогда не поправляются. Это послужило бы ей предлогом для того, чтобы снова заговорить о Дэррелле Гранте и объяснить Анджи, почему она больше никогда не увидит отца.

Но Эрин решила, что пока делать этого не стоит. Малышке всего четыре года, у нее вся жизнь впереди, так что узнать о грустных вещах она еще успеет. А сегодня пусть думает о далматинах, мороженом и новых куклах. В магазине игрушек Эрин купила двух новых Барби, а еще по купальнику и вечернему платью для обеих.