– Тогда страна лишится еще одного крупного политического лидера. Сколько мы должны вам?

– Мистер Линг сказал: по пятьсот каждой.

Крэндэлл достал две тысячи долларов из конверта, лежавшего в обычном месте – в правом нижнем ящике письменного стола Дилбека, – отдал их танцовщице и предупредил:

– Вы сегодня не приезжали сюда, вы в жизни в глаза не видели ни меня, ни его. Чтобы обе запомнили это как следует! Вы не знаете этого человека.

– Но ведь я и правда не знаю этого человека! Честное слово.

– Ну и слава Богу, – сказал Крэндэлл.

– А все-таки ему не следовало бы делать того, что он сделал. Кто бы он ни был.

– За это мы приносим вам свои самые искренние извинения. Если вы пересчитаете деньги, то поймете, как мы сожалеем об этом.

Что-то шевельнулось на полу: это Дилбек дрыгнул правой ногой, будто отгоняя невидимую собаку.

Танцовщица спрятала деньги в сумочку и перекинула ее через плечо.

– Вообще-то это неслыханное свинство – то, что он сделал. А ведь все шло так хорошо! Не знаю, что это ему вдруг вступило в голову.

– Бывает, – со вздохом ответил Крэндэлл. Где, черт побери, этот распроклятый врач?

– Может быть, это из-за шампанского? – высказала предположение танцовщица.

– Да, наверняка, – подтвердил Крэндэлл. – Из-за шампанского.

Перед тем как уйти, девушка приблизилась к Дилбеку и еще раз вгляделась в его вспухший лоб.

– Черт возьми! – пробормотала она. – Ну и камешек же у нее!

– Всего хорошего, – попрощался Крэндэлл.

– Можно нам доехать до Лодердйла на вашем лимузине?

– Конечно, – ответил Крэндэлл. – Берите лимузин и устройте себе хорошую вечеринку.

Глава 14

План Мордекая не вызвал у Пола Гьюбера ожидаемого энтузиазма.

– Я не хочу ничего, – заявил он.

Адвокат неодобрительно покачал головой.

– Но ведь это просто редкостная возможность!

– Знаю, вы мне уже говорили. Но мой ответ – нет, – повторил Пол Гьюбер.

Джойс, сидевшая рядом с женихом, забеспокоилась.

– Но, дорогой, ведь речь идет о нашем будущем! Мы с тобой будем обеспечены на всю оставшуюся жизнь.

Выражение лица Пола ясно говорило о том, что ему вовсе не улыбается провести всю оставшуюся – даже и обеспеченную – жизнь вместе с Джойс. Мордекай почувствовал, что его хитроумный план рушится как карточный домик, и бросился спасать его.

– У меня есть предложение, – объявил он сидевшей перед ним паре. – Давайте-ка прокатимся на машине.

Через час они уже мчались на север. Сидя за рулем «линкольна», Мордекай все время болтал, чтобы не выдать, как он нервничает, ведя машину по скоростному шоссе. Водителем он был, мягко выражаясь, посредственным: близорукость, замедленные рефлексы и полнота, ограничивавшая свободу движения за рулем, делали его просто опасным. Но Джойс постаралась на сей раз забыть об этом. К тому времени, когда они добрались до Клуистона, Пол Гьюбер просто извелся. Мордекай резко тормознул машину – так, что она вся содрогнулась, – и кое-как выбрался наружу.

– Где это мы? – спросил Пол.

– Это сахарный завод, – ответил Мордекай. – Бывали когда-нибудь?

Завод представлял собой скопление приземистых, похожих на склады построек и бараков, среди которых торчало несколько высоких дымовых труб.