Изменить размер шрифта - +
 – Он кивком указал на книгу, лежавшую на столе. – Там, в этой истории, один парень превращается в какую-то многоногую гадость. Представляешь – в одно прекрасное утро открывает глаза, глядь – а он уже не человек, а таракан! А может, и жук, но это уже без разницы. Поневоле задумаешься, а? Вот так живешь, живешь, а потом вдруг ни с того ни с сего...

– Пожалуй, это тебе нужен отпуск, – сказала Эрин.

– Пожалуй, да. – Шэд негромко побарабанил пальцами по столу. – Ладно. Я поговорю с этим твоим детективом. Но я тебе уже сказал, память у меня не Бог весть.

Эрин привстала, наклонилась через столик и чмокнула Шэда в широкий лоб.

– Эй, – заметил Шэд, – а у тебя новое трико.

– Точно.

– Ну что ж, очень клево.

– Вот, посмотри-ка: здесь вместо кнопок липучка. – И Эрин продемонстрировала, как расстегивается и застегивается ее сценический «костюм».

– Это же надо! – задумчиво проговорил Шэд, глядя на полоску липучки. – Тот, кто это придумал, наверняка огребает миллионы.

– Только, наверное, не «тот», а «та».

Шэд пожал плечами:

– Какая разница! Я уверен только в одном: что мы с тобой находимся не на том конце этого дела, на каком надо бы.

– Аминь, – резюмировала Эрин.

 

Дэвид Дибек, узнав, сколько денег уже получено комитетом по его поддержке, велел Эрбу. Крэндэллу вызвать его лимузин. Такое событие стоило отметить: оно уже почти гарантировало победу на выборах. Однако Крэндэлл наотрез отказался.

– Это абсолютно исключено, – решительно сказал он. – Этот вечер мы проведем дома.

– Пожалуйста, Эрб! – взмолился конгрессмен. – Только подумай, какой денек у меня был сегодня! Три – целых три! – антикастровских выступления подряд! Фидель – тиран. Фидель – преступник. Фидель – чудовище. Фидель – ...

– Всем политикам приходится петь эти песни.

– Но это ужасно утомляет, Эрб. В конце концов, человеку нужна какая-то отдушина.

– Это исключено, Дэви.

– Я купил новый парик...

– Ну и забудь о нем, – отрезал неумолимый Крэндэлл.

– Мы сядем где-нибудь в самой глубине зала, Эрб. Никаких касательных танцев, Богом клянусь! Позвони Лингам и закажи для нас столик.

– Могу предложить другой план, – сжалился наконец Крэндэлл.

Конгрессмен заинтригованно воззрился на него.

– Где Памела? – спросил Крэндэлл.

– Улетела в Виргинию. Там кто-то из Кеннеди устраивает какой-то благотворительный бал. Только не помню какой.

– Что – какой из Кеннеди?

– Нет, какой бал. По-моему, там будут собирать средства для борьбы с какой-то болезнью.

– Но Памела наверняка сегодня не появится?

– Нет. Она собиралась вернуться в воскресенье.

– Значит, мы можем без всякого риска приглашать гостей.

Конгрессмен так и просиял.

– И чем больше, тем лучше!

В половине десятого прибыли танцовщицы из «Клубничной поляны». Они привезли свою музыку. Эрб Крэндэлл провел обеих девушек в небольшую комнату, где стоял кофейный столик из тикового дерева. Вскоре появился Дилбек, облаченный в широкую белую хламиду, уселся, скрестив ноги, прямо на пол и попросил Крэндэлла принести из холодильника бутылку шампанского «Корбель». Девушки опасались повредить своими высокими каблуками великолепный паркет, так что Дилбек посоветовал им сбросить туфли и ходить босиком.

Быстрый переход