– Да ты просто кладезь премудрости, – заметил Меркин.

Детективы напомнили Дэрреллу все три случая и проинформировали о результатах проведенной по ним работы. Первый человек, на кого Грант навел их, отрекомендовав его как торговца кокаином, на самом деле, как оказалось, занимался делом куда более безобидным – таскал из прачечной, где работал, пакетики стирального порошка «Тайд» и продавал их. Другой, якобы крупный специалист по ограблению банков, оказался всего-навсего подростком, ради развлечения ломавшим (но весьма редко грабившим) автоматы по продаже билетов на пригородных станциях железной дороги, а шайка угонщиков автомобилей, специализировавшихся на иномарках, – тройкой обыкновенных мелких воришек.

– Просто у меня полоса неудач, – проворчал Дэррелл, разглядывая носки своих кроссовок.

Пикатта присел на корточки и глянул ему глаза в глаза.

– А ну-ка, посмотри на меня, красавчик! Я ведь с тобой разговариваю.

– Мне дали неверную информацию, вот и все.

– А нам пришлось здорово попотеть по твоей милости, красавчик. Ну, и на орехи получили – опять же по твоей милости.

– Мне очень жаль...

– Получили, получили. Скажи-ка, где твоя девчонка?

У Дэррелла вытянулось лицо. Нож выпал из его рук.

– Это вас не касается, – пробормотал он.

Меркин крепко ухватил его за волосы.

– Заруби себе на носу, блондинчик: все, что ты делаешь – на чем ездишь, что ешь, где спишь, что крадешь или не крадешь, – все это нас касается, понял? Даже то, какой рукой ты подтираешь себе задницу. И не дай тебе Бог об этом забыть.

– Она у дневной няньки, – ответил Дэррелл. – С ней все в порядке.

Оттолкнув руку Меркина, он пригладил себе волосы и нагнулся, чтобы подобрать нож. Но Пикатта ногой отшвырнул нож в сторону.

– Ведь мы в любой момент можем звякнуть этому судье. Уяснил?

– Черт бы побрал вас обоих, – выругался Дэррелл.

– Тогда давай нам побольше следов, – сказал Меркин. – И настоящих следов, а не такой бодяги, как в прошлый раз.

– А это значит, – подхватил Пикатта, – что тебе надо поменьше сидеть дома и как следует разуть свои распрекрасные голубые глазки. Так что тебе будет не до твоих каталок, красавчик.

– И колеса глотать тоже бросай, – добавил Меркин. – Поразмысли-ка хорошенько: что, если этот судья пропишет тебе анализ мочи? Если хочешь, чтобы девчонка была с тобой, прекрати это дело.

– Из парней с таким заносом, как у тебя, редко выходят хорошие папы, – подвел итог Пикатта.

Дэррелл Грант встал.

– Благодарю вас, доктор Спок. – С мрачным видом он поднял свой нож и забрался в кабину грузовика. – Я буду на связи.

Глядя вслед уехавшему грузовику, Меркин нахмурился.

– Просто смотреть противно – столько дерьма в таком молодом парне!

– А чего ты ожидал от профессионального подонка? – отмахнулся Пикатта.

– Но, к сожалению, он наш подонок, – возразил Меркин.

Шэд был раздражен и зол. Несомненно, это сказывалась работа: пьяные посетители, непредсказуемые выходки танцовщиц, занудство мистера Орли, да и вообще все. А сегодня, в довершение всего, диск-жокей Кевин прямо-таки помешался на Хэммере и уже в течение добрых двадцати минут гнал такое дерьмо, хуже которого Шэду в жизни не доводилось слышать. Где-то в глубине его могучего тела все-таки таились нервы, и в конце концов они не выдержали. Шэд ворвался в кабину диск-жокея, отпихнул в сторону обалдевшего Кевина и выдернул из плейера надоевший компакт-диск.