Соски — уязвимое место Перчинки. Так и запишем.

— Ты бы ведь не выдержала, если бы оказалась на моём месте? — поинтересовался я у неё. — Застонала бы во весь голос. Верно, Перчик? Я ведь прав, не отрицай.

— Хах… Нет! Нет!! Нет!!! Хах… янитакая… — выпалила Перчинка, красная от стыда и возбуждения. — Это не правда! Я бы легко… я бы… я…

Она умолкла, полностью раздавленная морально.

— Стало быть и колоться ты тоже не будешь? — лениво поинтересовался я. — Говори быстро! Где Эгина? Где секс-машина… просто машина?

Перчинка молчала, упорно продолжая сопротивляться. Она замотала головой и зажмурила глаза.

— Ника, — я пошевелил пальцами. — Разрешаю тебе пользоваться моей тушкой по полной программе. Удовлетвори себя, как того пожелаешь.

Ника издала хищные звуки хищного хищника, только вышедшего на охоту:

— Ня-я-я! — и бросилась на Перчинку, срывая с себя детали туалета…

Глава 14. Что же чувствуют девушки?

Мы наказывали Перчинку… долго. Как минимум несколько часов. А может быть и больше. Четыре часа или даже пять-шесть.

Мы делали с ней… много всего интересного. Ника отлюбила ее по полной программе и во всех позах. Всего и не перечислить.

— Да… да… — стонала Ника, объезжая Перчинку словно ковбой дикого мустанга. Обнаженная кошкодевочка ритмично двигала бедрами, по всему ее телу блестели капельки пота. — О боже, я чувствую себя такой заполненной!

Лежавшая на спине Перчинка лишь слабо постанывала. У нее не осталось даже сил ругаться. Я уже сбился со счета, сколько раз Ника заставила ее кончить.

— Головка бьет меня прямо в самое сокровенное… — скромно опустив ресницы, Ника продолжала описывать свои ощущения во всех подробностях. То ли для морального давления на Перчинку… то ли перед Сахаринкой хотела похвастаться.

Вообще, Ника реально ну очень старалась. Даже на озере, когда звериная сущность ей овладела, она такого рвения не проявляла. Сейчас словно рекорд по качественному сексу ставит для книги рекордов Гиннеса.

Понятное дело, она морально опускает Перчинку, показывает той всю ее слабость. Как-никак, кошкодевочка имела много зубов на министра сладостей. И не три и не два. Вспомнить хотя бы тот случай, когда Перчинка дала Соне две свои Способности через Сферы сущности. Ника чуть рабой подземелья не стала после этого. Хотя в том случае больше Торвальд руку приложил. Но тем не менее.

Передо мной Ника красуется, это тоже очевидно. Она хоть и имеет со мной не очень большие Отношения, всего четыре балла, но видит, как ко мне относятся другие девушки. И это явно пробуждает в ней чувство конкуренции.

И это была последняя причина.

— Священные мед, мне так стыдно… — Сахаринка крепко прижалась ко мне, стыдливо прикрыв глазки пальчиками. Однако недостаточно хорошо прикрыла. Сквозь пальцы, неплотно прижатые друг к дружке, она внимательно наблюдала за всеми действиями Ники.

Не удивлюсь, если Сахаринка запоминала и мотала на ус. На оба уса. Точнее, на обе антенны. Рейнджер-фуражир у нас старательная. Ника, конечно, демонстрировала ей свое полное превосходство. Дескать, смотри мирмеция, как я умею, какая у меня упругая попка и сиськи, какой пушистый хвостик и милые ушки! И самое главное, как великолепно я всем этим умею пользоваться! А что умеешь ты? Медом накормить? Ха! Так я тоже умею готовить.

Как-то так я это и видел. Конкуренция в гареме, однако. Все девочки меня очень любят и хотят быть со мной. Но… не хотят делить с другими.