|
В 1530 году на покорение Калинджара отправилась большая экспедиция, возглавляемая Хумаюном. Хумаюн нашел завоевание Калинджара трудным делом и заключил с индусским правителем договор, по которому тот превратился в сановника Моголов. Отсюда ведет свое начало политика могольских императоров, которая дала столь прекрасные результаты во время преемников Хумаюна. Сделать индусского правителя вельможей мусульманского государства - до этого не могли додуматься ни тюрки, ни афганцы" (К.Паниккар). Для сравнения вспомним, что "даже сам Бабур, стоявший по образованию и уму головой выше своих военачальников, презирал индусов как неверных идолопоклонников, истребление которых является религиозным долгом" (К.Антонова).
Несмотря на свою мягкость, первая фаза предъявляет к правителю достаточно жесткие требования (империя все-таки), которым Хумаюн не удовлетворял. Объективные трудности - разнородность армии, неупорядоченное управление страной - сочетались с личными недостатками Хумаюна, как реального политика и военачальника. "Он мог от случая к случаю проявлять большую энергию, но не был способен на длительную напряженную деятельность. Его лень и любовь к развлечениям мешали ему закрепить свои победы. Кроме того, располагая таким ограниченным количеством войск и не имея тщательно разработанного плана операций против врагов, невозможно было удержать эту обширную и разбросанную империю" (Н.Синха, А.Бенерджи). "Власть Хумаюна в восточных областях была непрочной. Бенгалия была самостоятельным государством, и для того чтобы народившееся государство Моголов могло выжить, требовалось покорить долину Ганга. Но правители-афганцы и не думали уступать Моголам. Они нашли очень способного вождя в лице Шер-хана, который благодаря тщательно продуманной кампании нанес поражение Хумаюну" (К.Паниккар). В 1539 году после внезапного нападения Шер-хана Хумаюн фактически теряет свою армию, в 1540 году терпит ещё одно поражение. "Изгоняемый отовсюду, где он только что властвовал, и холодея от ужаса при мысли о возможности попасть в руки своего брата, он решился покинуть государство своего отца и довериться сомнительной милости чужеземца" (Н.Синха, А.Бенерджи). Уже в Синде Хумаюн женился на Хамиде-бегум (1541), а в 1542-м (в октябре) у него рождается сын, будущий великий реформатор и правитель Индии Акбар. Позже Хумаюн бежал в шиитский Иран, а Акбара взял на воспитание брат Хумаюна Камран, правивший в Кабуле. Шер-хан превращается в Шер-шаха и вклинивается в череду правителей династии Великих Моголов. Ситуация уникальная, почти немыслимая, казалось бы, перечеркнувшая весь смысл нашествия Бабура. Не будем, впрочем, забывать, что мы находимся в самом мистическом и чудесном отрезке цикла, в котором возможно все, что позволяет не сойти с проложенных имперских путей. В этом смысле Шер-шах оказался продолжателем дела первых Моголов. "Бабур прибыл в Индию с новым представлением о роли правителя. Он не желал быть султаном, пользующимся верховной властью над самостоятельно правящими князьями, а претендовал на роль падишаха с божественными правами, которые ему давало происхождение от Тимура. Именно Шер-шах, сам того не желая, создал для Моголов такую систему управления, которая была необходима для успешного претворения в жизнь их представления об идеальном правителе, но которую они сами не умели создать" (Н.Синха, А.Бенерджи). Шер-шах правил в Дели пять лет, с 1540 по 1545 год (с 19 по 24 год фазы), завершая собой конструктивный период фазы. "Своей первоочередной задачей он считал обуздание феодалов, особенно афганского Бихара и Бенгалии, на которых, кстати, опирался при захвате власти. С этой целью он стал строго требовать от джагирдаров (владельцев джагиров) содержания обусловленного величиной джагира числа наемных всадников, которые составляли основную часть армии государства. Шер-шах стремился ввести твердую норму при сборе доли урожая, причитавшегося государству, и ограничить в интересах казны произвол сборщиков при определении величины крестьянского участка и тем самым размера урожая. |
