И все же, выйдя из республиканского строя, принципат постепенно убивает республиканские структуры, вместо них появляется имперский государственный аппарат.

Армия стала основой всевластия принцепса. Рим контролировался его преторианской гвардией. Все провинции Римской империи были разделены на внутренние "сенатские" (управлялись сенатом) и пограничные имперские, где стояли войска. Такое разделение обеспечило принцепсу контроль над всей державой.

Сенаторы полностью зависели от принцепса, так как последний имел право проводить ценз и таким образом выводить неугодных ему лиц из сената. К этой мере, чтобы ликвидировать оппозицию, Август прибегал три раза за годы своего единовластного правления. Важнейшие дела обсуждаются в узком кругу доверенных лиц принцепса. Функционировал совет принцепса, провинции управлялись администрацией принцепса, префектами, прокураторами и т. д. При этом новый строй остается неизмеримо далек от монархии с её жесткой системой наследования власти. Если, например, Павел I поставил точку имперской политической вольнице, восстановив в 1797 году старый порядок престолонаследования, то Август этого не сделал, военный уклад требовал выбора сильнейшего полководца. Политически такой порядок перехода власти очень опасен, ибо, как только кончится имперский ритм и политика перестанет быть главной жизненной сферой, путь к власти откроется достаточно случайным людям, что послеавгустовская история Рима многократно подтвердит.

Ну а пока Август жив, пока жив имперский ритм, а главное, идет четвертая фаза, все прекрасно, успех гарантирован Риму во всех сферах, сбываются его самые сладкие мечты.

Величие, слава, триумф. Ну, этого во времена Августа было предостаточно, может быть, его правление было самым триумфальным за всю историю человечества, как в общем значении, так и в буквальном, ибо изначально триумф означал торжественное вступление в Рим войск во главе с полководцем-победителем. Собственно, сама четвертая фаза началась с тройного триумфа Августа (29-й год), в дальнейшем триумфальность его правления становится все более очевидной*. Испания, Египет, Германия завершают создание Римской империи в её разумных географических пределах.

Величия Августа хватило бы на всех будущих имперских триумфаторов, вместе взятых. "Диктаторскую" власть народ предлагал ему неотступно, но он на коленях, спустив с плеч тогу, обнажив грудь, умолял его от этого избавить" (Г. Светоний). "Имя отца отечества было поднесено ему всем народом, внезапно и единодушно. Первыми это сделали плебеи, отправив к нему посольство в Анций, а после его отказа - приветствуя его в Риме при входе в театр огромной толпою в лавровых венках..." (Г. Светоний). "В Италии некоторые города день, когда он впервые их посетил, сделали началом нового года. Многие провинции не только воздвигали ему храмы и алтари, но и учреждали пятилетние игры чуть ли не в каждом городке. Цари, его друзья и союзники основывали каждый в своем царстве города под названием Цезарея, а все вместе, сложившись, намеревались достроить и посвятить гению Августа храм Юпитера Олимпийского в Афинах, заложенный ещё в древности; и не раз они покидали свои царства, чтобы повседневно сопровождать его не только в Риме, но и в провинциях, без царских отличий, одетые в тоги, прислуживая ему, как клиенты" (Г. Светоний). Продолжать можно до бесконечности.

Легко увидеть Августа в ряду правителей четвертых фаз и по длительности счастливого и спокойного правления. 35 лет Ярослава, 43 года Ивана III, 34 года Екатерины II, 37 лет Соломона, З6 лет Ирода. В этот ряд теперь можно поставить и 42 года Августа Октавиана (36 лет четвертой фазы и 6 лет сверх того).