— Вашего родства никто не отрицает. Но вы же знали, что муж Клавдии — Борис Абаев — осужден как враг народа?

— Знал. И что с того? Он на Сахалине, а ей с детьми куда деваться? Вот и взял к себе. Куда вы ее дели?

— Ее разыскивает госбезопасность Орловской области. И к нам запрос пришел. С просьбой. Если такая проживает на территории города, отправить в Орел.

— Вы ее увезли? — вытянулось лицо Георгия.

— По всей вероятности.

— Но ведь бумага! И телеграмма!

— Сейчас узнаем. Но, кажется, поезд уже ушел, — взялся за телефонную трубку. И, набирая номер, сказал старику: — К сожалению, и телеграмма, и вы — опоздали. Запрос пришел давно. Мы ждали… Но, как и все, обязаны выполнять свой долг…

Когда начальник спросил у дежурного вокзала о поезде, тот долго узнавал. Георгий потерял терпение. И наконец услышал:

— Поезд отправится через полчаса…

Начальник госбезопасности позвонил в следственный изолятор города. Оттуда ему ответили, что ЗАК уже увез всех заключенных на железнодорожный вокзал. Прямо к вагону. Тому — особому, зарешеченному…

— Помогите! — взмолился Георгий, веря и не веря в чудо.

Начальник нажал кнопку, вызвал дежурного:

— Позаботьтесь о машине. Срочно. И помощника ко мне.

— Вы спускайтесь вниз. Во двор. Вас там найдут, — сказал старику и снова взялся за какие-то бумаги.

— Времени мало! Может, поторопимся? — обратился к нему старик.

— Идите во двор! — услышал в ответ раздраженное и уже не вышел — выкатился бегом.

«Полчаса… Если не успеют, пропала Клавдя. Увезут. Из поезда ее уже никто не отдаст. Там она попадет в руки чужой охраны, какой батумский чекист уже не начальник», — горевал Георгий, спрашивая во дворе у каждого водителя, кто поедет на железную дорогу.

Водители оглядывались на старика. Смеялись:

— Ты, дед, приблудный или как? Тебе тут не таксопарк, не то подвезем, где Макар телят не пасет. Хватай ноги в руки и катись отсюда поживей, покуда жив…

Но старик не уходил. Не обращал внимания на насмешки. Он ждал, когда его возьмут в машину и поедут за Клавдей.

Георгий было совсем отчаялся. И тут услышал за спиной:

— Сюда. Влезай. Поехали…

Машина рванула со двора застоявшимся конем. Выпустив сизое облако дыма, выскочила на дорогу и, сигналя каждой собаке, поехала, петляя, по узким улицам… Вот и перрон. Народу так много. Все куда-то торопятся. И только Георгию хочется кричать, не пустить Клавдю, пусть для этого потребуется лечь на рельсы, под самые колеса поезда. Лишь бы она осталась, лишь бы внуки не росли сиротами. Ведь он старый, уже не успеет их вырастить, заменить отца и мать.

Машина остановилась поодаль от вокзала, у переезда, куда паровоз подвозил особые вагоны.

Сюда должны были привезти и Клавдю. Но машина еще не пришла.

Георгий курит папиросы одну за другой, нервничает, беспокоится. ЗАК придет за несколько минут до отправления поезда. А вот и он показался. Торопится.

Черный, зарешеченный ЗАК появился из-за угла внезапно. Фыркнув устало, затормозил. Подъехал почти вплотную к вагону. Из открывшейся двери выскочила громадная собака — овчарка. За нею — охрана. Образовала коридор. Автоматы наготове держат.

— Первый! Выходи! — раздается команда.

— Второй! Живо! — торопит охрана.

У Георгия зачесались глаза… — «Куда гонят этих людей? Неужели все они — преступники? Но вот же и Клавдия тут.