– Наши ребята, – повторил управляющий, – а я, значит, не ваш?!

– Наш, наш, – закивала Алевтина, – просто так для тебя лучше!

– Правда? – прищурился управляющий. – Для меня прекрасно жить в интернате? А тем, кого родили любовницы олигарха, лучшие комнаты в особняке, любовь и все такое?

– Так решил Валерий Николаевич, – живо спряталась за спину покойного вдова, – мы с мужем договорились: я с ним никогда не спорю. Ты находился в лучшем в интернате.

Глава тридцать первая

Суханов вскочил.

– С меня хватит. Спасибо, Алевтина Федоровна, за хорошее отношение к ненужному сыну, за то, что не выкинули в мусорный бак, отдали Алле Константиновне. У меня получились нормальные детство и юность. Низкий поклон вам за излишне щедрую оплату моего труда на посту управляющего, благодаря этому обзавелся личной квартирой. Времени я не терял, поступил в институт, учился по вечерам онлайн. Сейчас огромные возможности для тех, кто желает обрести нужное образование. Думайте что и как хотите, но я вас искренне люблю, уважал Валерия Николаевича, прекрасно относился к Нине, Сергею, Павлу. Часто выручал их из разных ситуаций. Берег вас и мужа, не сообщал, в какое дерьмо регулярно вляпывались детки. Теперь понимаю, не стоило их покрывать, может, получив как следует горячих пенделей, барчуки могли за ум взяться. Но я переживал за Алевтину Федоровну. И мог остаться с ней на всю жизнь, даже без оплаты, но вы считаете меня изворотливым гадом, который жил, мечтая отомстить родной матери. Задайте себе вопрос: за что мне вас ненавидеть? Я был счастлив в детстве и сейчас, когда повзрослел. Если членов семьи убили, то Василий ни при чем. Отдать меня под суд вы не захотите. Тогда все узнают, чей я сын, Алевтина Федоровна даже сейчас почему-то очень боится разглашения данной информации. Прощайте. Ухожу от вас, ищите другого управляющего. Но, если заболеете и никого не окажется рядом, звоните мне. Номер телефона не поменяю. Всегда приеду, помогу, начну ухаживать за госпожой Зубаревой. Вы сделали для Суханова много хорошего, и Алевтина Федоровна мать Василия. А маму не бросают, даже если она когда-то хотела, чтобы вас, младенца, придушили. До свидания, господа сыщики. Примите совет: ищите настоящего убийцу. Он очень хитер, коварен, опасен, бродит где-то рядом. Вероятно, здорово обижен кем-то из Зубаревых. Но я не он. Если решите, что преступник Василий Львович Суханов, то привлечь меня к ответственности невозможно, потому как вместо улик у вас лишь размышления. Если махнете рукой на Зубареву, не найдете преступника, то Алевтина Федоровна долго не проживет. Мне придется ее достойно похоронить. И да, после кончины матери я стану наследником, потому что имею на руках доказательства моего прямого родства с покойной. Но я желаю Алевтине Федоровне долгих и счастливых лет жизни. Пусть ей встретится мужчина, который на самом деле, искренне, от всего сердца полюбит женщину. А не рабовладелец. И последнее! Я никогда не посещал кафе «Булочка-рогулечка». Или как там оно называется. С Аллой Константиновной давно не беседовал! Все ложь!!!

Василий развернулся и в полной тишине покинул наш офис.

Алевтина вскочила и бросилась за парнем.

– М-да, – произнес Дегтярев, когда раздался стук двери, – Суханов прав, у нас нет доказательств. Что же касается наследства…

– У меня голова вскипела, – призналась я, – в проблемах наследства пусть разбираются юристы.