— На что ты меня толкаешь, Елисеев, — притворно вздохнул он. — На должностное преступление.

 Я чуть не сказал, что он в этих должностных преступлениях как бездомная собака в репьях, но вовремя вспомнил инструктаж Ивана, который со страдальческой физиономией слушал мои реплики.

 — На подлог, — продолжил фальшиво страдать Ефремов.

 — Научите меня чему-нибудь безобидному — и ваша совесть будет совершенно чиста, — предложил я. — Ибо учить — учили, а значит, учитель.

 Он протяжно вздохнул и спросил:

 — Когда подтверждать надо?

 — Сейчас. Мы как раз в Палате стоим.

 — Будешь должен. Как минимум — экскурсию по поместью Вишневских. Желательно сегодня, — важно сказал он.

 — Если вы кого-то пришлете для охраны моей квартиры, то можно и сегодня — сразу согласился я. — А то у нас осадное положение в связи с проблемой с Глазьевыми. Они нам траблы с Палатой и устроили.

 — Глазьевыми? Сказал бы сразу, а не валял ваньку. Терпеть не могу их шайку, — неожиданно сказал полковник. — Хорошо, отправлю своих магов на охрану. Но сидеть они будут в своей машине. А то знаю я тебя, Елисеев, опять с меня деньги вытянешь, если мои прилипнут.

 Это было даже больше, чем я просил: машина Императорской гвардии однозначно указала бы Глазьевым, что я под защитой государственной структуры.

 — Спасибо, Дмитрий Максимович. Так я вас жду сейчас?

 — Жди. Прямо сейчас не обещаю. Не такая ты важная цаца, чтобы на тебя телепорт тратить. Но минут через двадцать буду.

 Он отключился, а я сообщил своим:

 — Учитель есть, поручитель есть. Так что посмотрим, кто круче: мы или Глазьевы.

 — И это мы еще магией не мерились, — радостно подхватил Серый.

 — Там у них вообще шансов нет, — усмехнулся я. — А вот тут они почти на своей территории.

Глава 29

Ефремов появился даже раньше Лазарева, коротко с нами поздоровался и сразу ввалился в указанный кабинет. Дверь он за собой не закрыл, поэтому мы все прекрасно видели и слышали, даже без применения магии.

— Это кто тут сомневается в моей компетенции? — грозно прорычал полковник.

Дамочка испуганно пискнула и сделала попытку сползти под стол, но видать, поняла, что скрыться от разгневанного мага не сможет, поэтому, насколько позволила близость стены, отъехала на стуле от нависшего над столом Ефремова и проблеяла, подобострастно глядя снизу вверх:

— Простите, господин полковник, ума не приложу, о чем вы говорите?

— Моему ученику, Ярославу Елисееву, внезапно решили заменить учителя под предлогом того, что я недостаточно хорош. Покажите мне того, кто так считает.

— Он ваш ученик? — Испуг на лице дамочке стал еще сильнее. Все-таки правильно я решил привлечь Ефремова: авторитет Императорской гвардии слишком велик, чтобы от их представителя можно было отмахнуться просто так. — Он ничего об этом не говорил.

— Потому что ученику требуется получить разрешение учителя, — рявкнул Ефремов. — Это для вас неожиданность? Тогда какого хрена вы лезете в дела, в которых ничего не понимаете?

— Но господин Глазьев меня уверял…

— Прежде чем слушать господина Глазьева, вы должны были сделать запрос Елисеевым. Почему этого не было сделано?

Глазки дамочки забегались, пытаясь свестись в кучку. Но обморок ей бы не помог. При необходимости информацию о полученной взятке полковник Императорской гвардии вытряс бы из этой клуши без всякой жалости. И без скидок на то, что сам он не безгрешен: сейчас залезли в зону его интересов, чего он прощать не собирался.