Но страх оставался.

Внезапно он усилился, вопреки всем стройным доводам мозга, наполнив ее рот привкусом меди.

И еще до того, как на плечо ей легла рука, она знала, что сзади нее кто-то стоит.

Уже почти стемнело.

Бен встал со стула и подошел к окну, выходившему во двор похоронного бюро. Было без четверти семь, и тени заметно удлинились. Трава, несмотря на осень, еще зеленела, и он подумал, что хороший могильщик будет беречь ее до самого снега. Символ вечности жизни в обители смерти. Мысль показалась ему гнетущей, и он повернулся.

— Курить хочется, — сказал он.

— Это отрава, — заметил Джимми, не оборачиваясь. Он смотрел вечернюю программу по маленькому «Сони» Мори Грина. — Я тоже когда-то курил, и до сих пор беру на ночное дежурство пачку. На всякий случай.

Бен взглянул на часы. 6.47. Календарь Грина извещал, что закат наступит в 7.02.

Джимми договорился обо всем быстро. Мори Грин, маленький человечек, открыл им дверь в белой рубашке и расстегнутой черной жилетке. Его хмурое лицо озарилось радостной улыбкой.

— Шалом, Джимми! — воскликнул он. — Рад тебя видеть! Кого это ты привел?

— Хочу представить тебе моего очень хорошего друга. Мори Грин. Бен Мейрс.

Мори сжал руку Бена своими обеими. Его глаза блестели за стеклами больших темных очков.

— И вам шалом. Друг Джимми — мой друг. Входите. Я сейчас позвоню Рэчел…

— Не надо, — сказал Джимми. — Мы пришли с просьбой. Довольно серьезной.

Грин пристально поглядел на него.

— Серьезной, — повторил он тихо. — Что для меня может быть серьезнее того, что мой сын перешел в третий класс? Ничего, Джимми.

Джимми покраснел.

— Мори, это мог сделать любой.

— Не буду спорить. Проси. Что это вы так взволнованы? Что-то случилось?

— Да нет.

Он завел их маленькую кухню и, пока они говорили, быстро состряпал кофе в облезлой кастрюльке.

— Норберт еще не приезжал за миссис Глик?

— Нет, и не звонил, — ответил Мори, ставя на стол сахар и сливки. — Бедная леди. Такое горе в семье. И она выглядит так чудесно, Джимми. Она лечилась у тебя?

— Нет, — сказал Джимми. — Но мы с Беном… хотим поглядеть на нее сегодня вечером. Посидеть с ней.

Грин застыл с кастрюлькой в руках.

— Посидеть? Ты хотел сказать «осмотреть»?

— Нет, — медленно выговорил Джимми. — Просо посидеть.

— Ты шутишь? — он поглядел на них испытующе. — Нет, вижу, что нет. Но зачем это?

— Я не могу сказать, Мори.

— О, — он налил кофе, сел напротив них и отхлебнул. — Не очень крепкий. Нормально. У нее что… какая-нибудь инфекция?

Джимми и Бен обменялись взглядами.

— Нет в общепринятом смысле слова.

— Ты хочешь, чтобы я никому не разболтал, да?

— Верно.

— А если Норберт приедет?

— С ним я договорюсь, — сказал Джимми. — Скажу, что Рердон просил проверить ее на энцефалит. Он не станет проверять.

Грин кивнул.

— Ну что, Мори?

— Ладно. Я думал, ты попросишь о чем-то большем.

— Это больше, чем ты думаешь.

— Сейчас я долью кофе и пойду домой поглядеть, какую дрянь Рэчел приготовила на ужин.