Вернувшись в комнату, он нашел детектива, звонившего на кухне по телефону.

— Я понимаю, — сказал он спокойным и твердым голосом, — вы хотите, чтобы мы оставались здесь. Но мы знаем Коди лучше, чем кто-либо другой, а здесь от нас не будет пользы. Поэтому отпустите нас. — Голос его понизился до отчаянного шепота. — Ей нужно двигаться, делать хоть что-нибудь.

Так же, как и мне, пронеслось в его голове.

— Это будет не самый мудрый поступок, — строго сказал детектив.

— Здесь мы уже не нужны, — продолжал убеждать его Джо. — Мы ответили на все ваши вопросы. А ей сейчас не хватало только слушать идиотскую болтовню бывшего мужа об извращенцах.

Детектив отрывисто кивнул. Взгляд его, скользнув по бывшему мужу Марти, вернулся снова к Джо.

— Миссис Томас повезло, что рядом с ней есть вы.

— Это мы еще увидим, — мрачно ответил он и добавил:

— Мы вернемся через час, а может быть, и раньше.

Детектив вручил ему мобильный телефон:

— Возьмите. Я позвоню, если мы выясним что-нибудь, и вы тоже позвоните, если что-нибудь обнаружите. Но только, ради Бога, не стройте из себя героя. Если найдете что-то, сразу сообщите.

Его сердце сжала ледяная рука страха. Что это они должны были обнаружить? Вернувшись к Марти, он взял ее за руку, остро чувствуя необходимость в ее близости, пока череда зловещих предположений, одно ужасней другого, проходила через его воображение.

Схватив в охапку свои пальто, они вышли в промозглую ночь. Он посадил ее в машину и нажал на педаль. Но куда они ехали, он и сам не смог бы ответить.

Минуты проходили одна за другой, и каждая уходящая секунда уносила с собой надежды Марти.

— Что мы делаем? — задала она вопрос, скорее себе, чем Джо, который медленно проезжал улицу за улицей, обшаривая взглядом каждый закоулок. Они искали… искали… Чего?

Будет ли Коди стоять на углу? Ранен ли он? Истекает ли кровью? Она чувствовала, как все сильнее натягиваются ее нервы, а мужество все больше оставляет ее. А что, если… что, если… что, если… Страх захлестывал ее с головой, вина запускала в нее острые когти, раскаяние рвало ее сердце на куски. Что было бы, останься она дома? Тогда, по крайней мере, они смогли бы начать поиски намного раньше. А если бы она настояла на том, чтобы ехать вместе с Коди и Флинтом? Тогда, возможно, ее сын давно лежал бы себе в постели, вместо того чтобы бродить одному где-то в этом холодном, жестоком мире.

— Что ты имеешь в виду? — спросил ее Джо резко. — Мы ищем твоего сына. — Он взглянул на нее, и она заметила в его глазах обеспокоенность, как будто он сомневался, не сошла ли она с ума.

А может быть, так оно и было? Она откинулась обратно на спинку сиденья, опустив голову. Глаза ее болели. Раскачиваясь от боли вперед и назад, она почувствовала, как слезы, которые она все время загоняла внутрь, снова подступают к горлу.

— Мы не найдем его.

— Что это ты говоришь?

— Это моя вина. Только моя! — Непроглядная темнота окутала ее, затуманивая образ Коди в ее памяти. Она изо всех сил нажала пальцами на веки. — Я не должна была заставлять Коди ехать с Флинтом. Мне следовало остаться дома. Мне следовало…

— На свете очень много вещей, которые нам следовало бы сделать, — прервал ее Джо. — Но это не всегда возможно. Ты не должна себя за это винить.

— Кого же еще мне винить? — Она сердито взглянула на него. Кто бы говорил!

— Флинта, — тихо ответил Джо. Она пожала в ответ плечами. Да, надо признать, есть один родитель, который едва ли будет себя за что-то винить.