|
Раздался телефонный звонок. Трубку всегда снимала м-ль Жермена, это составляло часть ее обязанностей. - Это вас, Ален. Кто мог звонить ему? Он внезапно встревожился, и это почувствовалось в его голосе, когда он сказал: "Алло!" Но он уже узнал голос и был разочарован. - Мне нужно с тобой поговорить. Надо сказать кое-что важное. Ты не зайдешь ко мне после работы? В котором часу ты кончаешь? - В шесть. - Я живу в пяти минутах ходьбы от твоей конторы. - Я не хочу туда идти. - Ты идиот. Не бойся, его там не будет. - Все равно не пойду. - Как хочешь. Учти, что я могла бы и не говорить тебе, но лучше, чтобы ты знал. Она, должно быть, закрыла рукой микрофон, обернулась и сказала кому-то несколько слов, потому что Ален услышал легкий шепот. Значит, Фабьен у нее. Он хотел повесить трубку. - Ну, слушай, если ты такой глупый, то давай в шесть часов увидимся в "Кафе де Пари". Только не заставляй меня ждать. Он сказал "да", иначе было невозможно. Алена бесило, что его семья, живущая теперь по-новому, уже не дает ему покоя. Когда он вернулся на свое место, м-ль Жермена; с минуту поколебавшись, обратилась к нему. Она это сделала очень мягко, немного стесняясь: - Господин Ален... Главное, не обижайтесь на меня... Мы здесь оба служащие... И лучше мне предупредить вас, чтобы вам не делали замечаний... Хозяева, в особенности господин Эмиль, не любят частных разговоров по телефону. Он покраснел. - Надеюсь, мне больше не будут звонить. - Вы сердитесь? Уверяю вас, это от меня не зависит. - Что вы, мадмуазель. Я совсем не сержусь. Напротив, я вам благодарен... - Это из-за рабочих, которые иногда злоупотребляют... Если всем начнут звонить по телефону... Настроение у него испортилось, и он даже не мог сказать почему. Он вдруг потерял свою чудесную жизнерадостность. Его тревожило свидание с сестрой. Чего она от него хочет? Хорошо бы, если бы она жила в другом городе или даже - он впервые это осознал - чтобы она умерла вместо отца! Без пяти минут шесть, как обычно, он убрал коробки с карточками, поднялся на табуретку, что всегда доставляло ему удовольствие, привел в порядок ящики и пошел помыть руки в мастерской над эмалированным умывальником. А м-ль Жермена достала из стенного шкафа свою вязаную кофточку, взбила белокурые волосы, надела шляпку, пальто и перчатки. Они дошли вместе до той улицы, где м-ль Жермена повернула налево, а он направо; они пожали друг другу руки, пожелали доброго вечера, а в тени неподвижно стояла старушка, ожидавшая м-ль Жермену, - это была ее мать. Напротив сияло огнями кино. Дальше - "Кафе де Пари", большие витрины которого освещались более скромно; вокруг столов виднелись силуэты, лысые или лысеющие головы игроков в карты или домино, окутанные дымом. Уже с улицы он увидел, что сестра еще не пришла, и подумал, что не будет ждать ее, но все-таки вошел, отыскал свободный столик и, не снимая пальто, заказал кружку пива. Официант Габриэль назвал его г-ном Аленом и тщательно вытер столик, за который он сел. Несколько минут спустя у дверей остановилась машина. |
