«Нет, подожди» — «выкрикнул» я, но Пёс уже исчез — его присутствие в моей голове больше не ощущалось. Зато те крохи сознания, которые ещё во мне оставались, начали гаснуть. Я сопротивлялся этому, как мог, но… Ничего не получалось.

С каждой секундой тьма засасывала меня всё сильнее и сильнее.

— Мы его теряем! Хайме, поройся у меня в сумке, там есть склянка из красного стекла. Принеси, живо! — рявкнула Марфа, начиная нараспев читать очередное заклинание.

Её слова я услышал лишь краем сознания. Они были последним, что я помнил перед тем, как провалился в забытьё. А потом боль поглотила весь мир, превратившись в его основу, и…

Я очнулся в Лимбе.

Глава 13

Интерлюдия VIII

Лимб. Часть 1.

Я всё время приходил в себя в одном и том же месте. Неважно, удавалось ли прожить всего сутки, неделю, или месяц — итог был один. Каждый раз доводилось просыпаться на огромной, треугольной каменной площадке, соединённой с тремя массивными арками тоненькими мостами без перил.

Это «место возрождения» тонуло в зеленоватом тумане. Он скрывал небо и то, что находилось внизу. Что-то вроде пропасти — бесконечной, широкой и тёмной.

Однажды я не выдержал и спрыгнул туда, едва очнувшись после очередного цикла. Падать пришлось долго и, в конце концов, я напоролся на какую-то балку, размозжив себе голову.

А через секунду снова очнулся. Всё на той же чёртовой каменной площадке…

Не знаю, сколько времени пришлось провести здесь. Входя в одну из арок, я оказывался на новом «уровне» Лимба, и всякий раз он оказывался другим, непохожим на предыдущий. Иногда, правда, куски повторялись, но отличались деталями, так что в разнообразии недостатка не было. Во всём — кроме одного — меня снова кидало на каменную площадку каждый раз, как только я умирал.

А умирать приходилось всегда, рано или поздно.

Осады каменных замков, теракты в стеклянных башнях, битвы, ограбления, больницы, встречи, бои на кулаках, перестрелки, кошмары, поиски людей и предметов, войны, погони, диверсии, мятежи, балы, бунты, скитания, праздники, неожиданные нападения, предательства и ещё миллион разнообразных сценариев в таком же количестве декораций сменяли друг друга и не думали заканчиваться…

Лимб представлял собой нагромождение моих собственных воспоминаний. Извращённых, пересобранных Владыкой и заставляющих меня страдать изо дня в день. Это было куда хуже любой тюрьмы, или перековки сознания. А если принять во внимание, насколько длинной и разнообразной была моя жизнь…

Проще говоря, недостатка в материале у Владыки не было.

Находясь в Лимбе я не мог оттуда сбежать. И победить в этой сумасшедшей игре тоже не мог, сколько бы усилий не прилагал, и на какие бы хитрости не шёл. Вне зависимости от того, как в моей жизни разрешалась та или иная ситуация, независимо от того, насколько воспоминания были счастливыми, смешными или добрыми — здесь всё это перемешивалось, отражалось и становилось совершенно противоположным.

Грязным, мерзким, причиняющим боль, переломанным и отвратительным. Результат всегда был одним — в каждом сценарии я умирал, как и все мои близкие, участвующие в этой бесконечной петле.

Да, кстати, это был ещё один момент, который со временем начал сводить меня с ума. Все те, кого я знал и помнил, раз за разом появлялись в очередном цикле. И каждый раз они уверяли меня, что не фантомы, не призраки и не воспоминания. Каждый раз знали то, что могли знать только они. Каждый раз вели себя по новому, каждый раз нам приходилось знакомиться заново, и каждый раз каждый из них выкидывал очередной фортель, которого я совершенно не ждал…

Поначалу я действительно сходил с ума, глядя на действия и смерти этих людей.