— Теперь скажи мне, какие они, эти космические бейсболисты, чтобы я мог хорошо их нарисовать.

— Ладно. — Скривив рожицу, Кендал задумался. — Ну, прежде всего, большие, с маленькими глазками и ушами, нос у них большой, на конце расширяется как труба и волосатый.

По мере того как у Кендала разыгрывалась фантазия, карандаш Рассела все быстрее прыгал по бумаге, пока наконец на ней не появилось нечто поистине невообразимое.

— А ну, посмотри, похож? — сказал Рассел и, подняв листок, сам с интересом стал изучать свою работу.

Заглядывая через его плечо, Кендал смотрел как зачарованный на непонятное существо, безобразное и милое, с маленькими глазками и кривоватой улыбкой, в которой несомненно было что-то доброе.

— О! — произнес он, потрясенный. — Как это у тебя получилось? — А затем, всматриваясь все больше и больше, вдруг заключил: — А знаешь, он чем-то похож на Страшилу Милтона. Ты должен подписать рисунок. Он у тебя здорово получился.

Подписать? Этого еще не хватало. Рассел смущенно откашлялся и почти автоматически расписался наискось в углу.

— Вот, бери, — сказал он мальчику, просиявшему от счастья. — Значит, ты играешь в бейсбол?

Рассел знал, что существуют детские команды, но Кендал был слишком мал, чтобы играть в них.

— Ну, это наш бейсбол. Судят Бетти и папа, хотя ему всегда некогда. Сейчас он уехал в Муниполис…

— Ты хочешь сказать — Миннеаполис, не так ли?

— Наверное, да. Так, кажется, сказал папа. На этой неделе он не будет судить, а тетя Бетти, хоть и учится этому, но у нее получается хуже, ведь она девочка. А ты играешь в бейсбол, Рассел?

— Да, — ответил он и подумал, что назвать Бетти девочкой — все равно что назвать нью-йоркский небоскреб шалашом.

— Это здорово. Значит, ты сможешь помочь тете Бетти?

— Боюсь, что не смогу, Кендал, ты уж извини.

— Ну, пожалуйста, Рассел, — захныкал Кендал, ластясь к нему.

Рассел посмотрел на него и вдруг сказал:

— Знаешь, давай лучше спросим тетю Бетти. — Это было уже совсем глупо.

— О'кей, — обрадовался малыш. — Но я знаю, что она согласится.

Если об этом попрошу не я, подумал Рассел.

— Ну что ж, посмотрим.

Когда Бетти вошла в комнату, она увидела премилую картину — Кендал, свесив одну ногу, сидел на кровати Рассела и с увлечением рассказывал тому, как весело он провел день, а Рассел делал вид, что ему это интересно. Однако было заметно, что он отлично чувствовал себя в обществе своего юного собеседника, что как-то не вязалось с образом матерого сыщика.

— Привет, — сказала Бетти. — Пришла посмотреть, как вы тут. Как самочувствие? — Последнее явно относилось к Расселу.

— Отлично, тетя Бетти, — ответил за него Кендал.

— Превосходно, — добавил Рассел и посмотрел на нее через голову Кендала. В голосе его была нескрываемая ирония.

— Посмотри, тетя Бетти, что мне нарисовал Рассел. — Мальчик гордо показал ей рисунок.

Бетти без особого интереса взглянула, но вдруг взгляд ее остановился. Ее поразило мастерство исполнения. Всего несколько четких линий, тонкая выразительная штриховка — и на нее смотрит странное фантастическое существо, бесспорно доброе и даже симпатичное, хотя и безобразное. Этот рисунок ей что-то напомнил. Нечто похожее она уже где-то видела.

— Рассел сказал, что, раз папы нет, он поможет судить наш матч, если ты не против, тетя Бетти, — торопясь, выпалил Кендал.