Шеф, по всей видимости, старался унять свой взрывной характер. На скулах заходили желваки. Глаза потемнели и стали черными.

— Я лучше пойду. — Кейт поняла, что только усугубила конфликт. Она коротко кивнула и направилась к двери.

— Ничего не выйдет.

В голове словно щелкнуло. Кейт гневно выпрямилась — не все же время ей оправдываться, надо побыть и обвинителем.

— У того, кто не хочет, — выдала она злорадно. — А вы, судя по всему, не хотите. Отталкиваете людей, которые любят вас. Противопоставляете себя тем, кто пытается вам помочь. Да еще и незаконно обвиняете…

— Я вашего приятеля ни в чем не обвинил.

Кейт поняла, что они перешли на повышенные тона. Но ей было уже все равно.

— Вы отчуждаете мальчика, которому нужны ваши любовь и забота. И вы. Мы — весь город нуждается в вас. Но вас ведь это не волнует, так? Хотите знать, почему Гарри создал свое хитроумное изобретение, почему позвонил в «МКД»? Потому что знал, что вы собираетесь уезжать. Он видел, как вы просматривали сайты. Думал, если поможет расследовать дело, вы останетесь.

— Кейт…

— Но вам же нет дела! Ну, так вперед. Бегите от проблем. Только в другом городе будет то же самое. И в следующем. Ведь ничто просто так не дается. А вы уперлись и стоите на своем.

Она услышала, как Элмира ахнула. На следующий день их имена будут полоскать на всех перекрестках. Может, даже целую неделю. Но какая разница. Он уедет. А на нее и так все обозлились.

— Давайте — убирайтесь, удачной охоты. — Она почувствовала, как к горлу подкатывает истерический смешок.

Кейт кинулась к двери, не отдавая себе отчета, насколько нелепо выглядит. Она опасалась, что ей станет плохо. И ненавидела Брэндона Митчелла за то, что он приехал сюда, за то, что опозорил ее, раздразнил Гарри, показав ему, какой счастливой может быть жизнь, а потом жестоко растоптал его мечты.

«Ну и к черту его! Я найду способ оставить Гарри у себя. Верну Тони доброе имя. С меня хватит».

Ледяной ветер, едва не сбив ее с ног, охладил ее пыл и остудил страсти, бушующие внутри. Она остановилась, дойдя до тротуара, и стала жадно глотать воздух, но никак не могла надышаться. Постепенно ясность мысли возвратилась к ней, и Кейт пришла в ужас, осознав, что сделала несколько минут назад.

«Я только что задала трепку шефу перед всем управлением. Достаточно и того, что зрелище видела Элмира. Ведь, наверное, никто не знал, что он ищет другую работу».

Если в городе узнают, что он собирается уезжать, люди превратят его последние месяцы здесь в ад и сделают это с большим удовольствием. Ну что ж, поделом. Он заслужил. Он никогда не стал бы своим.

«Но и я тоже».

Кейт подумывала о том, чтобы снова жить полной жизнью. Но ситуация плачевная. Если бы ее место в институте оставалось незанятым, она бы не раздумывая вернулась туда. Но ей уже нашли замену, и пройдет еще много времени, прежде чем появится подходящая вакансия.

Придется остаться ради музея.

«Только больше никаких людей».

Впервые за все время Кейт поняла, почему профессор был таким затворником.

— Кейт? Все в порядке?

Это был голос Тони. Она обернулась. Он выходил из машины Джинни Сью. Специально слонялись поблизости, чтобы при первой возможности ужалить ее еще раз? Она начала неторопливо уходить. Тони догнал ее и взял за локоть.

— Ты сама не своя.

Она не стала ничего отвечать. Просто не могла, потому что теперь, когда приток адреналина сошел на нет, опасалась, что может разрыдаться. Работая в институте, она никогда не плакала. А если и плакала, то не так часто.

— Послушай. Мне очень нужно поговорить с тобой.