— Да, матушка, — ответила она. — Это всего лишь дело времени и случая, когда люди императора доберутся до моего горла.

— Ты не по годам умна, моя сладкая! Будет жаль, если Верны не позволят тебе взойти на Сапфировый трон.

— Я тоже не хочу умирать, — призналась Норна, смерть была знакома ей не понаслышке.

— Ладно, решим так. — Карла прошлась по кабинету, высокая, стройная, излучающая силу. Двигалась она легко и грациозно, и мужской костюм сидел на ней лучше платьев, хотя и в платьях она выглядела первой красавицей. Норна видела ее в платье всего четыре раза, но пришла к выводу, что красивее ее матери женщины нет.

— Ладно, решим так, — сказала Карла. — Пошли кого-нибудь в Аль… Жена князя Альм и Ши двоюродная сестра императора. Пусть наши люди зальют Альмский замок кровью. Устрой там бойню и дай знать через посредников, что за каждое нападение на моего сына я буду вырезать родственников Верна семьями. Это во-первых. Во-вторых, подыщи паренька на роль моего сына. Княжонок нам нужен плохонький, хворый, такой, что долго не протянет. Его надо найти и обучить так быстро, как это возможно, а Норну мы пока переведем в Кастель. И вот еще что, подумай о дальнейшем, нам нужно придумать такой способ сокрытия истины, до которого не додумаются даже умники вроде графа ди Рёйтера. Кстати, это правда, что он в Норнане?

— Да, ваша светлость, граф ди Рёйтер прибыл в Норнан неделю назад и, кажется, уезжать никуда не собирается.

— Устрой нам встречу… И начинайте распускать слухи, что юный князь Гарраган слаб здоровьем и не так чтобы вовсе в уме. Это все пока. Пойдем посмотрим на убийцу.

— Можно я пойду с вами? — спросила Норна.

— Там будет много крови, — попробовал возразить барон ен’Баарах.

— Я не боюсь крови.

— Пусть идет! — махнула рукой Карла и первой покинула кабинет.

* * *

— Итак, вы Карла Ланцан. — Тина смотрела на мать, пытаясь вспомнить не только факты, но и чувства. — И я ваша дочь…

— Прежде всего ты дочь своего отца! — У нынешней Карлы было суровое, лишенное жизни лицо, те же черты, что и прежде, но впечатление совсем другое. — Ги Торах Гарраган был великим воином, он был… — В глазах Калли — миндалевидных глазах с приподнятыми внешними углами — вспыхнул огонь гнева и страсти, полыхнув изумрудной зеленью, в которой плавилось безумие. — Все это неважно, Чарра, все это так глупо… Величие, отвага, честь… Ум и красота… Все дело в том, что я любила его, а он любил меня. Ты плод любви, дитя настоящей страсти, что сжигала нас обоих все время, что мы были вместе. И эта же страсть испепелила мое сердце, когда Ги погиб. Вот и вся правда.

«Она моя мать… Но дочь не муж, вот в чем дело».

— Значит ли это, что мне сорок лет? — спросила Тина.

— Тридцать девять… Но оборотни стареют медленно, а тебя мы еще и придержали.

— Тридцать девять, — повторила за ней Тина. — И я оборотень и княжна… Но ни того, ни другого мне не дано.

— С чего ты взяла? — Сейчас Карла Ланцан снова говорила холодным, лишенным чувства голосом. — Иан оформит бумаги. Официально, — во всяком случае, пока — будет считаться, что ты дочь князя Теодора. Сегодня же он подпишет грамоты о признании тебя в качестве наследницы и возведении в княжеское достоинство.