|
Русского выручала огромная сила, а парня с холмов спасали особые легкие и необычная система кровообращения. Конечно, он тоже уставал, но ему не приходилось шататься от кислородного голодания и ловить ртом воздух. Однако в отличие от Ивановича Колли проявлял к работе интерес. Он воспринимал ее как проблему. Он сражался с ней. И, возможно, поэтому товарищи выбрали его старшим в строительной бригаде. Да, черт возьми, он видел в этом вызов. На их стороне были низкая гравитация и рыхлый грунт, но тот же песок постоянно осыпался и проседал, а сухой воздух превращал изготовление бетона в целую трагедию. Перед тем как он затвердевал, вездесущая пыль высасывала из него половину воды, в результате чего состав получался хрупким и через несколько дней разрушался от эрозии и разницы температур. Чтобы защитить бетон от пересыхания, приходилось устанавливать вокруг него пластиковую опалубку, а это отнимало уйму сил и времени. Какие-то крохотные и подлые жучки облюбовали изоляцию силовых кабелей. Они объедали ее с неимоверной скоростью, поэтому каждую соединительную линию требовалось прятать в бетонных перекрытиях. Затем неожиданно закончился цемент, и начались долгие поиски его заменителя. В конце концов на одном из отвалов обнаружили аналог глины — вещество, которое смешивалось с водой и обжигалось в кирпичи. Несмотря на жесткие ограничения, воды катастрофически не хватало. Чуть позже они научились извлекать ее из полостей стволов определенного вида деревьев. За водой охотились и бледные, быстро растущие корешки, обладавшие потрясающей способностью находить любую трубу и контейнер с жидкостью. Они без труда вспарывали бронированную сталь баков и наносили огромный ущерб. Раз в две недели экипаж устраивал коллективную карательную экспедицию, уничтожая эти растения на несколько миль вокруг. Трубы прокладывались в открытых туннелях, и их приходилось осматривать каждый день. Проблемам не было конца. Но база медленно поднималась вверх и углублялась вниз. Они построили два десятка подвальных помещений, установили на куполе плиты солнечных батарей и экранировали шахту ядерной электростанции, которую намечалось доставить следующим кораблем. Бригада подготовила помещения для будущих лабораторий, складов и огромной оранжереи, которая помимо возобновления кислорода должна была снабжать станцию свежими продуктами. Крохотное строение почти терялось среди тускло-коричневых холмов безмерного мира. Оно казалось слабым, беззащитным и простым, но люди считали его своим убежищем, они считали его будущим домом. Иногда, устало разгибая спину и окидывая взглядом контуры базы, Колли чувствовал отголосок того первого порыва гордости, который он пережил после посадки на Марс. Закрыв глаза, он размышлял о том, каким будет Порт-Драммонд через сотню лет, и перед ним вставал высокий белый город, а вместо пустыни вокруг зеленели поля. Ничто не предвещало беды. Люди подготовились к любым капризам негостеприимного Марса, но они даже не могли представить себе, что здесь, в такой непомерной дали, их потревожат старые заклятые враги. И все же это произошло — внезапно и трагически. Колли взглянул на заходящее солнце и остановил работы. Еще немного, и, разбросав по небу звезды, наступит ночь. — Думаю, пора и передохнуть, — сказал он. Собака, тянувшая брус, прицепленный к упряжке, остановилась и села, ожидая, когда ее отвяжут. Колли не переставал удивляться уму этого животного. Пес работал вместе с людьми, выполняя простые поручения, и ему не надо было повторять дважды одних и тех же слов. Но в облике Ворчуна проглядывало что-то жуткое, и никто не решался погладить его или назвать дружком. |
