Выехав из него, мы миновали конторы промышленных компаний и поднялись в квартал торговцев — куда более приятный глазу. Постройки из светлого камня, свежая краска на ярких вывесках, чистые улицы, фонари через каждую сотню метров, хорошо одетые люди и приличные заведения…

В центральную часть, отделённую дополнительной крепостной стеной, мы не заезжали. Не было нужды, путь лежал в другую сторону, да и дорога туда мне была закрыта, что бы там ни говорила Триша — требовался специальный пропуск, который вот так запросто всем желающим не выдавали.

— Особенно тем, чьих родителей обвиняют в государственной измене… — пробормотал я себе под нос, разглядывая высокие шпили светлых башен.

Мы проехали по широкому проспекту, вдоль которого среди усаженных зеленью аллей фланировали парочки зажиточных горожан, несколько раз свернули, оказались в жилых кварталах, прилегающих к Стене, и вскоре подъехали к огромным, высотой почти в двадцать метров, воротам, сейчас распахнутым настежь.

— На месте, — коротко доложил усатый водитель в кожаной кепке, останавливая повозку на специально оборудованном для этого месте у самой Стены.

— Сколько будет стоить до гетто доехать? — спросил я, впрочем, не особо рассчитывая на успех. Редкие извозчики соглашались заезжать в тот район — и этот не стал исключением.

— Нет у тебя таких денег, парень, — буркнул усатый, доставая из простенького портсигара самокрутку, — Кататься по «Яме» — себе дороже выйдет. Если надо туда, топай пешком. Не хватало мне только с прокажёнными якшаться! Тьфу!

Пришлось воспользоваться его советом. В очередной раз посетовав на то, что байк повреждён, я зашагал через огромную арку, затесавшись в толпу горожан, работающих на фермах и в теплицах за городскими стенами. Проверка документов на посту была пройдена быстро — солдаты Полицерии вяло просматривали раскрытые заранее паспорта и кивали.

Пройдя через выдолбленный в Стене тоннель длиной в десяток с лишним метров, я оказался за пределами Кайтрана — но на деле город и не думал заканчиваться. Длинные ряды деревянных построек тянулись во все стороны, разграниченные тонкими улицами, и лишь центральный «проспект» обрамляли каменные здания.

«Застенье», как называли этот район жители Кайтрана, тянулось вдоль всей южной и восточной части Стены и шириной было примерно пару километров. Здесь жили те, у кого не было денег на квартиру в городе. Район возник стихийно после того, как случились первые Приливы, и народ бежал из сельской местности. Те, кому удалось выжить, быстро обосновались рядом с Кайтраном, получив хоть какое-то подобие защиты — по-крайней мере, в случае нападения сумеречных тварей местные могли рассчитывать на отряды Пробуждённых.

Впрочем, моя цель располагалась чуть дальше — в месте, которое в народе называлось «Ямой» и было прибежищем «заражённых».

Собственно, многие горожане не делали различий между этими кварталами, и неспроста. По большому счёту, это был один район — просто в какой-то момент на узких улочках, стремительно ушедших вниз, переставали встречаться «нормальные» люди, и появлялись те, кого большинство жителей Кайтрана избегал как чумы.

«Яма» была районом в районе, лежала ниже прочего «Застенья», и являлась настоящим гетто — со своими порядками, магазинами, аптеками, заведениями. Здесь не было канализации — нечистоты и фекалии текли по канавам вдоль улиц. Не было водопровода — воду брали из текущей посреди «Ямы» реки, разделяющей гетто на две части.

В Кайтран «заражённых» не пускали — даже жители «Застенья» были не рады таким посетителям — так что тем, кто вёл с ними дела, приходилось самостоятельно спускаться в эту зловонную клоаку.