Водолазы приставили к задней стенке автобуса сразу две лестницы. Несколько фигур в непромокаемых костюмах забрались наверх. Передавая детей из рук в руки, они снимали их с крыши, устроив подобие живой цепочки. Лариса чувствовала себя персонажем фильма-катастрофы, волей судеб угодившим в центр непредвиденных событий. Только трагическое происшествие разворачивалось наяву, и счастливый финал был не столь очевиден. Впервые за много дней она забыла о больной матери, отсутствии работы, бытовых пустяках и даже родимом пятне, её пожизненном проклятии. Вообще впервые, столкнувшись лицом к лицу со смертью, осознала хрупкость человеческой жизни, а также её бесценность.

Рядом с Ларисой, как Левиафан из морских глубин, вынырнул водолаз. Чем порядочно напугал её. Гидрокостюм сливался с мутной водой. Если бы не характерный блеск, она легко приняла бы его за корягу.

– На берегу гораздо безопасней, – сказал он.

– Мальчик?! – она замерла в ожидании ответа.

– Пришёл в себя. Бригада реанимобиля сработала на отлично.

Слёзы градом потекли из покрасневших глаз. Счастливая новость окончательно опустошила её. Она поплелась к суше в сопровождении спасателя, но тут же опомнилась.

– Нет-нет, я дойду сама. Ваш коллега уплыл внутрь. Там застряли два…

Договорить ей помешало недовольное шипение за спиной. Окаянный автобус пришёл в движение. Вода вокруг металлического корпуса пенилась. Лестницы попадали в воду. Слава богу, детей успели эвакуировать. Монструозная махина погружалась, на поверхности осталась лишь хвостовая часть.

Не сговариваясь, они рванули в лихую гущу.

– Назад! – рявкнул на неё спасатель. Но она и не думала отступать. Поздно ругать её за безрассудность. Не следовало пренебрегать любым шансом на спасение, пусть самым призрачным. Она сказала тренеру, что его спасут, и продолжала в это верить.

Спасатель вырвался вперёд. Широкие ласты встрепенулись на поверхности и исчезли. Не имея в наличии снаряжения, Лариса прильнула к одному из задних окон. Внутри пузырился неестественный гейзер. Ряд кресел, где сидел тренер, ушёл под воду. Она ничем не могла помочь, будучи лишь беспомощным наблюдателем.

Откуда ни возьмись, к другой стороне стекла прижалась ладонь. Лариса в ужасе взвизгнула. За что тут же была наказана полным ртом речной воды. Следом к окну прижался и сам обладатель ладони.

– Тренер! – воскликнула она.

Он что-то неразборчиво пробормотал. Воспалённые глаза отражали смиренное отчаяние. Лариса забарабанила по стеклу, но быстро отбила пальцы. Куда же запропастились спасатели, когда они так нужны?

Тренер ковырялся с чем-то под потолком, держась одной рукой за поручень. Автобус затонул уже на восемьдесят процентов. Мужчина в победном жесте продемонстрировал отвоёванный у механизма крепления молоток для разбивания стёкол.

– Да! – Лариса подняла вверх большой палец. – Бейте скорее!

И тренер стал бить. Каждый удар отдавался болью космических масштабов в повреждённой ноге. Сначала он наносил удары по центру, но закалённое стекло не поддавалось. Тогда он сосредоточился на углу прямоугольного окна. Оранжевая рукоять стеклобоя мелькала из стороны в сторону. Карбидовый наконечник раз за разом атаковал защитную плёнку, пока не пробил первую крохотную дыру.

– Да! – повторила Лариса. – Продолжайте!

Аварийный молоток вонзался в потерявшее прочность стекло, дырявя его всё больше. Незначительные отверстия захлёстывало водой. Тренер ударил последний раз и стекло, не выдержав давления, ввалилось внутрь. Автобус в одно мгновение скрылся под водой.