Завтра плотный график: два ученика и вечер в смокинге. Не помешает выспаться. А пока его ждал поздний ужин в компании со свежими треками.

Выйдя из душа, он обнаружил за окном кромешную тьму. Ночь отвоевала у дня почти всё пространство. По телу растекалась сонливая усталость. Повинуясь дурной привычке, он сунул в рот карандаш. Не брось он курить, две затяжки привнесли бы в содержимое черепной коробки приятный дурман. К счастью, он встал на путь исправления. Пагубная зараза больше не имела над ним власти. К несчастью, на замену одной страсти пришла другая, более значительная по степени закабаления. Как ни крути, за любовь приходится дорого платить, и если бы только деньгами.

Знакомый «бим-бом» дверного звонка застал его врасплох. Он никого не ждал в столь поздний час. Ни курьера, ни ученика, ни кого-то из малочисленных приятелей. Через глазок проглядывали знакомые очертания.

– С парковкой тут у тебя совсем беда, – посетовала Диана.

Он протянул ей руку и, когда их ладони соединились, притянул к себе. Горячие губы слиплись в жадном поцелуе.

16

Комнату заполнял скупой лунный свет. Время перевалило за полночь. Молодые тела остывали после предельно страстной телесной близости. Загнанные сердца бились в унисон. Денис находился на сто седьмом небе от счастья. Он не мог надышаться Дианой, безостановочно касаясь шелковистой кожи. Подвижные пальцы сжимали упругие выпуклости, не находя преград. Если ему это снилось, он не возражал видеть один и тот же сон каждую ночь.

– Ты несколько раз повторила «я чувствую», когда мы были близки. Что это значит?

– Что мне с тобой хорошо.

Денис не стал задавать уточняющих вопросов. Только сейчас он заметил вкрапления небольших самоцветов в букве Д.

– Как называются эти камни?

– Фианиты.

– Никогда о них не слышал. Это чей-то подарок?

– Отец подарил мне эту подвеску на седьмой день рождения.

– Я думал это кулон. Хотя какая разница.

– Я ношу её на руке, иногда меняю цепочку и надеваю на руку. Никогда с ней не расстаюсь.

– Чтишь память отца? Расскажи о нём.

– Вечерами отец сидел на кухне, слушал радио, сидя в старом кресле. Он обожал «Битлз», собирал их записи и много читал. Дом был завален катушечными бабинами. Это самые ценные воспоминания о нём. Маму я помню смутно.

– Я напоминаю тебе об отце?

– Ты его точная копия.

Денис приподнялся на локтях.

– Теперь я понял, что означала твоя реакция на мои слова о «Битлз». Ты со мной из-за отца? Это помогает тебе справиться с чувством вины? Плохи мои дела.

– Ты многого обо мне не знаешь, – произнесла Диана знакомые слова. – У меня нет чувства вины. Отцу исполнилось сорок, когда я появилась на свет. Поздний желанный ребёнок. Но не для матери, бывшей на пятнадцать лет младше отца. Моя мать бросила нас с отцом, отправившись искать счастье. Мы ей в этом мешали. Не знаю, удалось ли ей заполучить желаемое. И не хочу знать. С отцом у нас бывали сложные этапы. Я часто расстраивала его. И чем старше, тем хуже становились отношения между нами. Он не понимал, как воспитывать дочь, а я не осознавала, как ему плохо одному с непоседливой дочерью. Почему он не завёл новую семью, могу только догадываться. Самое очевидное – не хотел расстраивать меня и продолжал любить бывшую жену даже после предательства. Настоящая причина так и останется тайной. Отец умер девять лет назад. Я нашла его в том самом кресле.