– Мы бедные? – спросил Рома.

– Нет. У нас есть где жить, что носить и в чём ходить. Мы имеем возможность развлекаться.

– Но мы и не богатые.

– Нет, – повторил Кирилл. – Богатых среди нас не так много. Стремиться нужно к достатку, а не к богатству. У всего своя цена. И порой за богатство требуется платить слишком высокую цену.

– Жизнь несправедлива, – подвёл итог Дима.

– Нет, сын, в жизни есть справедливость, просто её не сразу и не всем видно. Я пытаюсь до вас донести ценность денег. Деньги – это ваше время. Если вы не хотите жить моей жизнью, а я вам этого не желаю, выбирайте профессии, где не будет потолка зарплаты. Где не будет жёсткого графика работы. Немаловажно и удовольствие от работы получать. Печально, если придётся тратить на работу по сорок-пятьдесят часов в неделю и не получать от неё хоть малейшее удовлетворение.

– Ты так работаешь, папа? – спросил Дима.

Кирилл не стал увиливать от неприятной правды.

– Да. Никто не подсказал мне в пятнадцать лет, что юность быстро закончится и начнётся длинная взрослая жизнь, где деньги играют одну из главных ролей. И что семья это не только радость, но и обязательства.

– Не хочу взрослеть!

– А я не хочу заводить детей, – прибавил Ромка.

Кирилл понял, что слегка перегнул палку.

– Не будем тратить вечер на всякие глупости. В конце концов, мы пришли сюда забавляться.

– Забавляться? – Димка скривил лицо. – Пап, никто так не говорит!

– Если тебе стыдно за отца, можешь в следующий раз с нами не ходить.

– А…

– А деньги поделят меду собой Рома и Кристина.

– Ну вот, а говорил, что жизнь справедлива.

Кирилл пристроился в хвост очереди на батут. Поклонников у примитивного развлечения набиралось немало. Сто пятьдесят рублей за пять минут. Или четыреста пятьдесят рублей за пять минут в его случае.

Кристина дёрнула его за руку.

– Пап, я хочу на паровоз.

– Я думал, ты хочешь попрыгать. У меня всего одна карточка. Давай мы оплатим батут и пойдём на паровоз.

– Хорошо.

– Мальчики, вы слышали. Ждите нас здесь, как закончите прыгать.

– Да, пап.

Пока старшие дети, скинув ботинки, резвились в прыжках, он повёл дочь к месту отправления курсирующего по аллее поезда. Дочь могла совершить поездку одна, избавив его от дополнительных расходов на билет для сопровождающего. Да он и не горел желанием упираться в потолок детского вагончика.

Рядом со станцией отправления торчал жёлтый киоск «Столото», воткнутый между кофейной будкой и палаткой с сувенирами. Детский парк не слишком подходящее место для продажи лотерейных билетов, пусть их и нельзя продавать несовершеннолетним. Если так пойдёт дальше, скоро парк будет утыкан палатками с нижним бельём, овощами да бижутерией.

– Давай купим кое-что, – сказал он дочери, полагая, что нашёл развлечение и для себя. Чем чёрт не шутит.

– Что купим?

– Один лотерейный билет.

– Что это такое?

– Моментальная лотерея – это когда нужно выбрать билет и стереть на нём краску. И либо ты выиграешь приз, либо нет.

Он оплатил билет «Три семёрки» стоимостью пятьдесят рублей банковской картой.

– Хочешь стереть сама?

– Не знаю, – честно призналась Кристина.