Я вспомнил, как представлял их смерть все эти семь лет. Я представил их пьяными, веселыми и смеющимися. В машине громко играла музыка, окна были приоткрыты, чтобы в салоне не было слишком душно… Им не было страшно до самого конца… Они даже не поняли, что произошло… просто увидели яркий свет фар и огромный, мчавшийся на них фургон… и все.

Думая об этом и принимая во внимание оба варианта, я пытался понять, что же больше похоже на правду. И я не знал, что выбрать.

– Почему ты раньше не говорил мне об этом? – спросил я.

Джекоб, немного помолчав, сказал:

– Я думал, что ты просто не хочешь этого знать.

Я кивнул. Да, Джекоб был прав. Даже сейчас я не хотел знать, не хотел принимать то, что брат только что рассказал мне. Тем не менее я понимал, что это, скорее всего, действительно правда. И с этим пониманием меня наполнили ужасно противоречивые чувства и мысли. Вначале во мне вдруг проснулась ревность – почему мама тогда позвонила Джекобу, а не мне. Потом удивление – как Джекобу удалось все эти годы держать все втайне от меня. Затем невыносимая грусть и сожаление – как мои родители оказались в такой ужасной ситуации, когда им пришлось пожертвовать собственными жизнями, ради того чтобы дети смогли расплатиться с их долгами.

Джекоб начал переступать с ноги на ногу, чтобы согреться. Я понял, что он уже хочет уйти.

– Джекоб, – сказал я.

Он повернулся ко мне и посмотрел прямо в глаза.

– Что?

Мери Бет пошевелился где-то в темноте, и на его ошейнике зазвенели наклепки, совсем как цепи маленького привидения.

– Сара знает о деньгах. Я рассказал ей после того, как Луи приходил искать их.

– Все в порядке, – ответил Джекоб. – Она, наверное, самый надежный человек из всех нас.

Я пожал плечами:

– Дело в том, что она боится Луи. Она боится, что он все-таки засадит нас за решетку за убийство Педерсона, – сказал я и махнул в сторону могилы нашей жертвы. Джекоб взглянул туда, куда я указал.

– Луи ничего такого не сделает. Он просто хочет быть уверен в том, что ты отдашь ему его долю. После этого он оставит тебя в покое.

– А я не собираюсь отдавать ему деньги. Мы с Сарой говорили об этом и решили, что не стоит этого делать.

Какое-то время Джекоб молча смотрел на меня.

– Ну, тогда мы посмотрим, блефует он или нет.

Я покачал головой:

– Этого нельзя допустить. Надо что-то предпринять, – сказал я.

– И что же?

Я рассказал ему о плане Сары. Джекоб молча выслушал меня. Когда я договорил, он спросил:

– А зачем ты все это мне рассказываешь?

– Мне нужна твоя помощь, – ответил я. – Без тебя этот план не сработает.

– Я не думаю, что все это надо делать. Луи не опасен, – сказал Джекоб.

– Он опасен, Джекоб. И всегда будет опасен.

– Он не…

– Нет, – перебил я брата, – я много думал об этом. Даже если мы отдадим ему его долю, он все равно не остановится. Он сможет обвинить нас в убийстве даже через десять лет, когда истратит все деньги. Я уверен, что он будет шантажировать нас и вымогать новые суммы.

Джекоб ничего не ответил.

– Ты хочешь постоянно жить с этим страхом? – спросил я. – Год за годом ты будешь бояться, что в один прекрасный день он найдет тебя и напомнит о нашем преступлении.