— А требуется нам одно — чтобы от нас отцепились и оставили в покое! — Батек торжествующе воздел палец.

К тому времени, к ним уже присоединился Михалыч вместе с Борисом. Они не перебивали и заинтересованно следили за жаркой полемикой, разворачивающейся у них на глазах.

— Когда в зоне мне надо, чтобы меня на время оставили в покое, что я делаю? — задал вопрос Батек, и тут же сам на него ответил, — Правильно! Сказавшись страшно больным, я меняю зоновскую шконку на больничную койку!

— Мне кажется, я начинаю понимать, куда он клонит, — задумчиво пробормотал Михалыч.

— Для того чтобы попасть в больничку, нужно проглотить вилку или градусник. В общем, устроить себе какое-нибудь злое членовредительство. Но все это нам не надо! Нам нужно сделать так, чтобы эти огромные тараканы стали шарахаться от нас, как от прокаженных!

— И для этого нам нужно устроить эпидемию, какой-нибудь заразной болезни! — подвел итог Михалыч. — Разумеется, понарошку! Шримпы вряд ли будут есть зараженное мясо!

Вадик задорно почесал нос и повернулся к Борису:

— Давай, курсант, дуй за профессором! Он, наверняка, знает, какой заразой мы сможем напугать шримпов до кровавого поноса!

Борис, молча, кивнул и отправился выполнять поручение.

Батек проводил его взглядом и недовольно проворчал:

— Оно, конечно, может, наше медицинское светило и подскажет, что-то дельное. Но только по мне, самое простое, это будет изобразить туберкулез.

Вадик иронично покосился на него:

— Лично я могу предложить отбитые почки или печень. Туберкулез надо думать делается также?

— Зачем же собственному организму вредить-то? — искренне возмутился вор. — Все делается гораздо проще. Берешь сахарный песок, перемалываешь его меленько в пудру. Потом глубоко вдыхаешь это полной грудью и начинаешь кашлять, словно у тебя последняя стадия туберкулеза. Да, и на рентгене, в легких будут видны жуткие туберкулезные пятна.

— А что? Мне нравится! Дешево и сердито! — одобрительно кивнул Михалыч. — И насколько я понимаю, никаких вредных для здоровья побочных эффектов?

— Блин, ну ты даешь! Какой же может быть вред от сахара? Он же полезный! — довольно расхохотался Батек. — Потом, я сам сколько раз такой фокус проделывал! И ничего, по сей день, живой и почти что здоровый.

К этому времени подоспел и Семен Маркович. Внимательно выслушав предложение Батька, он некоторое время задумчиво чмокал губами.

Наконец мотнув головой, он громогласно заявил:

— Ну, собственно, почему бы и нет? Медицина дает добро!

Через пару часов торговый центр превратился в туберкулезный диспансер. Все кашляли и чихали, так, словно подхватили еще и птичий грипп в придачу.

Это была заслуга почтенного профессора. Семен Маркович проявив чудеса изобретательности, предложил усугубить ситуацию. Для этого он использовал перец и горчичный порошок.

Теперь у всех, без исключения, словно от какой-то неведомой болезни, слезились глаза, а также ручьем текло из красных, распухших носов.

Семен Маркович подошел к зеркалу и придирчиво осмотрел свою откровенно больную физиономию.

Звучно высморкавшись в необъятный носовой платок, он трубно произнес:

— Не знаю, как уж там шримпы! Но, я бы такую гадость кушать поостерегся!

Как выяснилось, меры предпринятые обитателями супермаркета, были сделаны как нельзя вовремя. Буквально через пару часов по всему зданию опять погас свет.

— Еще раз предупреждаю! Никакой стрельбы и прочей самодеятельности! — зычно прокричал в темноту капитан.