— Я давно подозревал, что наши уроды с теми уродами заодно! — многозначительно прищурил он один глаз и подмигнул вторым. — Наши спят и видят, как бы запродать всех нас подороже, а тарканы только и мечтают о том, чтобы вгрызться в наши потроха!

— Да, вы батенька, неисправимый пессимист! — тяжело вздохнул Семен Маркович. — По большому счету, Плетнев не так уж и плох. Просто у него своя правда, а у нас своя. И не его вина в том, что они находятся в перпендикулярных плоскостях.

— Ну, снова — здорово! Опять завел свою песню! Вас интеллигентов послушать, так выходит, что даже самую распоследнюю тварь можно оправдать! — искренне возмутился Батек.

— Ой, Боже ж мой, какая святая простота! — иронично всплеснул руками профессор. — Можно подумать, что ты никогда не имел дела с адвокатами! Только они, чтоб ты знал, делают это за деньги! А я, в случае с Плетневым, за бесплатно и только для того чтобы обмануть свою собственную совесть!

— Да ну тебя, профессор, в баню! Тебя все одно не переспорить! — сердито пробурчал Батек. — Пойду я лучше в лес!

— Ага, иди, сходи, заодно пар выпустишь! — усмехнулся Михалыч.

— Я бы с большим удовольствием выпустил кишки Рыкову, да дружку его майору! — злобно зыркнул на него Батек и решительно зашагал прочь.

По пути ему попался Борис.

— Ты куда? — спросил он.

— Доить верблюда! В смысле, в лес! Нет желания со мной прогуляться?

— Можно! — охотно согласился Борис. — Я с Викой поругался! Если очень повезет, может быть там в джунглях меня кто-нибудь, наконец, сожрет!

— Тьфу, типун тебе на язык! — зло сплюнул Батек. — Что за дурная фантазия! На хрена это тебе надо?

— Да, чтобы эта дура потом ревмя ревела, когда мой хладный труп принесут в супермаркет и положат перед ней! — криво усмехнулся парень.

— Дурак, ты Борюн! Хотя с виду вполне вроде нормальный себе пацан, — хмуро глянул на него Батек. — Если ты большой везунчик, может быть от тебя и останется какая конечность, после знакомства с местным зверьем. Они, если что, обычно не оставляют свою добычу целой, а рвут ее на куски или хавают тушку целиком, когда размер подходящий.

— Ну, вот, опошлил всю идею! — недовольно скривился Борис. — Пойду у Михалыча отпрошусь! Только ты без меня не уходи!

— Давай, по быстрому! Одна нога здесь, другая там! — поторопил его Батек.

Джунгли встретили Бориса, идущего следом за старым вором, нагретой влагой очень плохой бани. В воздухе стоял резкий запах каких-то цветов. Он был настолько сильный, что у парня засвербило в носу и он оглушительно чихнул.

— Еще раз так сделаешь, я тебя застрелю! — пообещал Батек. — Это ж надо такой подлючий поступок совершить! Подкрался сзади и в тот момент, когда я прислушиваюсь, словно охотничья псина, шарахнуть меня по мозгам своим чихом! Да я чуть из своей шкуры не выпрыгнул от неожиданности!

— Извини, пожалуйста! — пробормотал Борис.

— Да на хрена мне сдались твои извинения? Просто больше не надо так делать! — недовольно проворчал Батек. — И под ноги смотри, куда наступаешь! А то ломишься, словно медведь через чащу! Шуму и грохоту, как от парового катка!

Борис обиженно засопел и попытался двигаться бесшумно. Но в результате он стал отставать от Батька, который двигался не то чтобы очень быстро, но как-то чересчур уверенно. Так словно заранее знал, куда именно надо ставить ногу, чтобы избежать предательского хруста сломанной ветки.