Через полчаса работы им удалось расчистить проход, через который можно было выбраться на площадку перед супермаркетом. Костя с Борисом выбрались наружу и огляделись.

— Жуткое место! — поделился своими впечатлениями парень.

Кромешная тьма стояла плотной стеной всего в нескольких метрах от здания торгового центра.

— Ты поменьше болтай, — предостерег его командир. — Возьми на себя этот сектор, если что — шумнешь!

Заметив недоумевающий взгляд парня, он тяжело вздохнул и пояснил:

— В темноту говорю, смотри! Если что подозрительное заметишь, скажи!

— Да, понял я, не дурак! — обиженно проворчал Борис и принялся напряженно вглядываться в темноту.

Через какое-то время ему стало казаться, что непроглядная темень отнюдь не однородна. Где-то в ней имелись совершенно темные провалы, а где-то наоборот более светлые куски пространства. Хотя основную массу, конечно же составляла мохнатая, однородная масса черного цвета.

Скоро Борису уже стало казаться, что вся она клубится и двигается подобно некоему черному туману. Причем этот плотный смог, начисто лишенный света, последовательно наползал волнами и откатывался назад. Во всем этом движении чувствовалась определенность, в которой явно присутствовала какая-то система. Жуткая чернота, словно неторопливо дышала, подчиняясь некоему одному ей понятному ритму.

Борис похолодел от ужаса, поняв, что клубящаяся перед ним масса живая! Это открытие напугало его до рези в животе. Невозможно было предугадать, что тьма выкинет в следующее мгновение. Одно можно было сказать со всей определенностью — она внимательно наблюдала за горсточкой людей, беспомощно копошащейся перед торговым центром. И делала это неторопливо и со знанием дела. Будучи абсолютно уверенной в собственном превосходстве. Словно кошка, играющая с глупой, беспомощной мышью.

Было неизвестно, когда темноте наскучит наблюдать, и она решит перейти к активным действиям. Борис уже собирался сказать о своем ужасном открытии Косте, когда внезапно осознал, что движение темноты напрямую связано с его собственным дыханием. Он некоторое время анализировал свои ощущения, прислушиваясь к самому себе.

Он оказался прав. В момент вдоха, тьма накатывалась на него. А при выдохе, волной возвращалась на прежнее место.

Трясущейся рукой Борис обтер холодный пот со лба и облегченно вздохнул. Все эти страхи и ужасы он просто напросто нафантазировал! Хорошо хоть, что не успел поделиться ими с Костей. Бравый спецназовец наверняка поднял бы его на смех. Ну, или в лучшем случае, если бы даже не стал смеяться, то все равно сделал бы выводы, касательно его смелости.

Борис вспомнил, что где-то читал о том, что самым страшным врагом человека является он сам. Вернее, все его страхи и фантазии. Те самые, которые заставляют нас совершать неадекватные поступки. Посредством которых люди сами себя загоняют в тупик, из которого нет выхода или в смертельную ловушку.

Парень сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, приводя свои растрепанные нервы в относительный порядок. Хорошо, что у него хватило выдержки, и он не поддался панике! А то ведь мог бы начать пороть горячку и выставил бы себя на всеобщее посмешище.

Но приглядевшись внимательнее к двум другим молодым людям, он понял, что тем тоже приходится не сладко. Если еще не хуже чем ему самому.

Решительный голос Кости вывел Бориса из того отвратительного состояния в котором он пребывал.

— Вот взяли теперь, то, что навалили возле входа и оттащили куда-нибудь подальше! — принялся ругаться спецназовец.

— Да, пусть здесь лежит! Никому же не мешает! Чего зазря пупок рвать-то, командир? — посетовал лысый.

— Делай, что говорю! Пока я не рассердился! — гаркнул Костя.