В каждой группе было по пять человек со щупами. Для этой цели Вадик задействовал всех «военнопленных», за исключением Рыкова, который был слишком ценен, чтобы им можно было рисковать. Капитан льстил себе надеждой, что этот негодяй рано или поздно придет в себя. И ему удастся потолковать с ним, что называется, по душам. В непринужденной обстановке, когда рядом не будет представителей прогрессивной общественности в лице сердобольного Семена Марковича.

Недостающее количество людей было укомплектовано добровольцами из числа гражданских. Командовал «щупоносцами» Батек.

Кроме этого, каждую группу сопровождали два «пожарника», вооруженных парой огнетушителей. По понятным причинам они должны были держаться в стороне и активного участия в охоте не принимать, а лишь подстраховывать, на предмет возникновения пожара.

Решено было первым делом проверить все закоулки и уединенные места, идеально подходящие для засад соковыжималок.

Группе Бориса досталось довести до конца проверку туалетов. А две другие группы отправились «шмонать», как выразился Батек, узкие коридоры, ведущие в складские помещения.

Прокалывание панелей щупами сопровождалось довольно сильным шумом. Что, наверняка, не могло не насторожить притаившихся за панелями тварей.

Но после того как со стены с грохотом слетели сразу три панели, стало ясно, что соковыжималка, спрятавшаяся за ними, была не просто потревожена. Гадкая тварь была в не себя от ярости. Двух «военнопленных» со щупами, так неосмотрительно нарушивших ее покой, она разбросала по сторонам. Вдогонку от души наподдав им панелями.

В воздухе угрожающе взметнулись щупальца. А в следующее мгновение в них ударила тугая струя огня. Борис с торжествующим криком давил на гашетку своего адского устройства.

Перекрывая его вопли, раздался пронзительный писк, безжалостно поджариваемой соковыжималки. Обожженные щупальца стремительно покрывались волдырями, которые лопались, разбрызгивая жидкость молочного цвета.

Борис пожалел, что не догадался нацепить на себя солнцезащитные очки. Горячая жидкость заливала ему лицо и глаза. Но это лишь придавало ему злости, и он продолжал целенаправленно уничтожать отвратительную тварь. Глаза слегка пощипывало. Оставалось только надеяться на то, что это не закончится более серьезным поражением слизистой оболочки глаз.

Какая-то часть щупалец бессильно повисла, видимо полностью выведенная из строя. Неожиданно соковыжималка с отвратительным всхлипом сдвинулась с места и переместилась по стене в сторону. Тварь явно пыталась заползти под панели и спрятаться там от беспощадного огня.

— Врешь, не уйдешь! — кровожадно расхохотался Борис.

Приблизившись почти вплотную к шарообразному телу противника, он выжал из огнемета все что мог. При этом он настолько обнаглел, что перестал обращать внимания на яростно мелькающие вокруг него обожженные щупальца. И прежде чем, хоть одно из их успело причинить ему существенный вред, он прожег дыру ровно посередине соковыжималки.

После этого тварь издала пронзительный, рвущий барабанные перепонки, писк. Ее щупальца резко напряглись и, вдруг, все разом опали.

Борис подошел вплотную к соковыжималке и пнул ее, покрытую черной копотью, тушу ногой. Щупальца безжизненно качнулись.

В воздухе стоял отвратительный запах горелого мяса. Все было кончено.

— Надымил-то! — неодобрительно проворчал кто-то из бойцов.

Пару человек заходились в надсадном кашле. Кого-то из гражданских вырвало.

Лежавшие на полу «военнопленные», по которым пришелся удар отлетевшими панелями, болезненно стонали. Как выяснилось, у одного было сломано плечо и ключица. Второму повезло значительно меньше — его левое колено было раздроблено.

Семен Маркович впрыснул им обезболивающее и наложил повязки.