— Даже я?

— Даже ты, Джокер, — сказал он. — Вопросы?

Я понадеялся, что вопросов не будет, но они, конечно же, были.

Стеклорез и Жонглёр принялись выспрашивать какую-то муть про тактику и взаимодействие и тактическое взаимодействие, про огневую поддержку, про боевые характеристики главного калибра американского авианосца, про то, как быстро американцы смогут развернуть полномасштабную общевойсковую операцию, если ситуация вдруг совсем выйдет из-под контроля, в общем, несли какой-то бред, как будто им не всё равно.

Как будто это имеет какое-то значение. Как будто, когда дело дойдёт до реального рубилова с бородатыми суперменами в бурнусах, они всё ещё будут про всё это помнить.

Я делал вид, что слушаю, украдкой поглядывал на часы и надеялся, что Док не будет строить из себя истеричную дамочку на первом свидании и обязательно меня дождётся.

Сборище закончилось ближе к половине восьмого. Безопасник напомнил нам, что сегодня последний спокойный вечер, а завтра начнутся суровые трудовые будни, пожелал нам хорошенько отдохнуть и отпустил восвояси.

Я забросил рюкзак со снаряжением в номер и уже собрался было отчалить по своим тёмным делам, как ко мне прицепился Стеклорез.

— Ты куда?

— Смотреть верблюда, — сказал я. — Пойду поплаваю.

— Я с тобой.

— Эм… Это вряд ли.

— Почему вдруг?

— Ну, я тут на самом деле сегодня днем возле бассейна познакомился кое с кем, — сказал я, и пока ещё это была правда, ведь сегодня около бассейна я действительно познакомился с американцем по имени Боб. Дальше начиналось вранье. — И мы с ней договорились вечерком поплавать вместе, если ты понимаешь, о чём я.

— Офигеть ты мастер, — восхитился он. — Прямо гуру пикапа.

— Да, я такой, я могу, — сказал я. — И мне действительно пора, негоже заставлять даму ждать.

* * *

Бар был полон народу.

Это и неудивительно, вечером в барах всегда полно народу, даже если это охренительно дорогой бар на последнем этаже самого высокого отеля в мире. Тут было полно арабов в белоснежных одеяниях и с золотыми цацками на шеях, тут было полно арабов в строгих европейских костюмах, тут было полно женщин в боевой раскраске, вечерних платьях и блеск их бриллиантов отражался от глянцевых экранов айфонов, принадлежавших их кавалерам. Попадались, конечно, и нормальные люди, но я в своих потёртых джинсах, линялой футболке и выцветших кедах был тут так же уместен, как стриптизерша на итоговом собрании акционеров Газпрома.

Когда я прочитал в рекламном буклете о наличии бара, я почему-то не подумал, какой контингент в этом баре обычно напивается.

Ладно, если спросят, буду выдавать себя за эксцентричного миллионера. Марка Цукерберга в молодости, например.

Я подошёл к барной стойке, уселся на табурет и заказал себе минералки, сразу расплатившись за неё ключом от номера.

Потом передумал и заказал себе ещё и мартини. Если уж играть в Джеймса Бонда, то по полной.

Конечно, я немного нервничал. Док был представителем Лиги, а Лига Равновесия обладала очень плохой репутацией с фракцией суперменов, которую я представлял. И когда я прошлый раз встречался с её членами, в мою сторону всё время кто-то палил из автомата.