Вначале действовал один сосед: стал специальной закаленной и заточенной ложкой с глушителем выскребать бетон из их общей стены. Стена становилась тоньше, жилплощадь у соседа больше, а его мысли – слышнее несчастному Василию. А что хорошего можно услышать в соседских мыслях? Правильно, ничего. Одни лишь коварные планы и ничем не объяснимую соседскую нелюбовь. И слова нехорошие. Ценные идеи долго не залеживаются, и вскоре улучшить свои жилищные условия, не прибегая к выходу с мешком денег на рынок недвижимости, возжелал другой сосед. Стены истончились и с другой стороны. Этого обоим показалось мало, и они начали понемногу сдвигать стены внутрь его, Василия, квартиры. Выйдет, бывало, тот в магазин за продуктами, возвращается – а жилплощадь как будто меньше стала. Купил рулетку, измерил: вроде есть колебания в пределах сантиметра, но ощущения-то говорят о другом! Не иначе у них сговор с магазином хозтоваров.

В этот преступный сговор оказались втянуты еще два супермаркета и центральный хозяйственный рынок. Возникла идея заказать копию эталонного метра, но где гарантия, что у соседей нет своих людей на почте? Участковый милиционер, посвященный в преступные планы поскребунчиков-передвижников, ахал и цокал языком, а потом заставил дыхнуть, чем совершенно себя дискредитировал. На какое-то время помогли распорки из деревянных брусьев, но потом поддались напору и они – по миллиметру в день, но неумолимо. Василий терпел еще неделю, а потом решился и пошел на переговоры. Соседи оказались терпеливыми. Они последовательно выслушали обзорную лекцию относительно истинного облика самих себя, с яркой и емкой характеристикой содеянного, потом – предложение сдать ложки-скребки, потом – требование вернуть стены на место и восстановить их девственную толщину и только после этого послали соседа куда подальше. Затем последовала бурная дискуссия о нормах христианской морали, в ходе которой обе стороны возлюбили друг друга по нескольку раз, потом к диспуту присоединился участковый, но все испортил, поскольку не был крещен. В конце концов, соседи отправились по домам, зализывать и заклеивать раны физические, а Василий – в психбольницу, латать душевные.

С тех пор установилось зыбкое перемирие, которое нарушается раз в пару лет: Василию надоедают лекарства, а соседям – границы их квартир, и оборона маленькой квартиры выходит на новый виток. Недавно присоединились соседи сверху, так что забот хватает.

Вне обострения Ирина (назовем ее так) – человек довольно спокойный и застенчивый. Работает продавцом, звезд с неба не хватает, тиха и незаметна. Но обострение меняет ее чудесным образом: разворачиваются плечи, выпрямляется спина, появляется плавность и внутренняя сила в движениях, глаза загораются огнем маниакального пожара, который, впрочем, умело прячется от неискушенного стороннего взгляда за длинными ресницами. Одежда становится более броской, макияж – более ярким, мужчины начинают оборачиваться вслед. А главное, Ирина вспоминает о давнишней несбывшейся мечте. Она уже несколько лет собирается стать моделью, ее манят подиумы и фотосессии, но все время что-то отвлекает: то работа, то больница, то период лени, апатии и дурного настроения. Но сейчас – именно сейчас – между ней и мечтой лучше не становиться. Все необходимое умещается в небольшой сумке, и покорительница столицы, она же укротительница модельных агентств, отправляется в путь. Что интересно, она ни разу не воспользовалась поездом или самолетом.