Ага, размечтался! От меня так просто не отделаешься. В конце концов, любая собака и сама найдет дорогу домой. Ей поможет инстинкт. Надо просто пойти по этой же улице обратно и на втором перекрестке… Или на третьем?.. Во всяком случае, повернуть налево. Нет, направо. А может, все-таки на первом перекрестке?

Н-да, пожалуй, неплохо было бы заменить этот инстинкт на хорошую карту города.

Эх, Тим…

Я зарываюсь мордой в лапы и погружаюсь в скорбные раздумья.

Да, я, конечно, страшно разочарован Тимом. Хотя не могу сказать, что сильно удивлен. Три года мы жили с ним душа в душу, но с тех пор, как ему подарили на день рождения этот компьютер, я стал для него пустым местом. А теперь я, видимо, надоел ему окончательно и он решил выкинуть меня на улицу.

Да, такова собачья жизнь: сегодня тебя гладят и тискают, а завтра выбрасывают на свалку, как старый комод…

— Эй, ты чего тут разлегся, лентяй? — слышу я вдруг голос Тима.

Ура!! Вернулся! Если бы я только мог, я бы вскочил на ноги, завилял хвостом как сумасшедший и задохнулся бы от радостного лая. Но я так измотан, что у меня хватает сил лишь на то, чтобы в знак радости шевельнуть левым ухом.

Тим слезает с велосипеда, прислоняет его к фонарному столбу и подходит ко мне.

— Ты чего не бежишь за мной? — спрашивает он. — Неужели устал? За каких-то пять минут?

Пять минут? А мне показалось, что мы мотаемся по городу уже целый час.

— Тебе необходимо движение, толстый! — говорит Тим. — Сколько ты еще собираешься жиреть? Пока не лопнешь?

Спокойно, спокойно! Что значит «жиреть»? Какая-нибудь пара килограммов лишнего веса…

— Ну ладно, вставай, вставай! Маленькая пробежка тебе только на пользу.

Я притворяюсь глухим и продолжаю лежать. Нужна мне эта дурацкая беготня, как рыбке зонтик! В конце концов, я не собираюсь выступать на очередных собачьих олимпийских играх. Мой любимый вид спорта — это еда, и тут я давно уже чемпион.

Тим в нерешительности почесывает затылок. Потом вздыхает, берет меня на руки, несет к велосипеду и сажает в корзинку.

Ну, вот это другое дело! Сразу бы так, хозяин!

Тим садится на седло, поворачивается ко мне и спрашивает:

— Ну что, Освальд, ты доволен?

Тс-с-с! Не кричи! Совсем не обязательно, чтобы весь город знал мое дурацкое имя!

ГЛАВА 2, в которой, собственно, ничего не происходит

— Ну что, жирный? — приветствует меня Изабель, когда мы минут через пятнадцать въезжаем в ее сад.

Мне, конечно, следовало бы откусить ей за это руку, когда она вынимала меня из корзинки. Но я совсем не горю желанием, чтобы меня усыпили, как бешеную собаку. Признаюсь, дрыхнуть — это одно из моих хобби, но просыпаюсь я тоже с удовольствием. (К тому же я все равно при всем желании не смог бы причинить Изабель никакого вреда, потому что она очень классная девчонка.)

Изабель садится вместе со мной на мягкую скамью-качели и чешет меня за ушами. Ах, до чего же я это люблю!

Тим садится рядом с нами.

— А где остальные? — спрашивает он Изабель.

— Сейчас придут, — отвечает она. — Ты уже сделал уроки?

Тим кивает. Потом они беседуют о школе — брррр, скучища!

Я смотрю то на Тима, то на Изабель. Из них получилась бы неплохая парочка. На месте Тима я бы поскорее предложил ей руку и сердце, пока ее не увел у него из-под носа какой-нибудь тип. Интересно, как будут выглядеть их дети? Надеюсь, они будут похожи на Изабель. У нее короткие светлые волосы, веснушки и забавный курносый нос.

А Тим? Пожалуй, его тоже не назовешь уродом, хотя эти рыжие вихры мне всегда напоминали лису.