— Карл развелся после неудачного брака, а Руфь переживала разрыв с очередным своим возлюбленным. Иногда такая ситуация дает положительный результат, а иногда нет. В данном случае положительного результата не получилось.

— А как случилось, что дети оказались у тебя?

— Разъездному агенту приходится вести кочевой образ жизни. Руфь ездила вместе с Карлом и оставляла своих приемных детей у меня. И тут они и поселились после того, как Руфь рассталась с Карлом, а Карл предпочел не забирать их.

— Бедные дети!

— Ты уже говорила это ранее, но все совсем не так. «Йенни» — это рай для детей, да это можно сказать и про весь Северо-Запад. Здесь много воздуха и солнца, и они могут делать все, что им заблагорассудится. И как мне с негодованием докладывает миссис Файф, они действительно делают все, что им заблагорассудится. Так что, дорогая, вот такие дела. Но я обещаю, что это ненадолго.

— Возможно, я захочу, чтобы дети еще долго жили с нами, — сказала Рэнди. Она уже знала, что непременно захочет этого. Они, эти двое, станут ее защитой.

— Но дети должны получить достойное образование, — напомнил с серьезным видом Сим. — Даже под наблюдением гувернантки заочное обучение не может заменить регулярного посещения школы. Кроме того… — И он снова отвел глаза от дороги и взглянул Рэнди в глаза.

— Да, Сим?

— Должны быть еще наши дети, понимаешь, наши. Нечто совершенно далекое от любой семьи с приемными детьми.

Она почувствовала легкий приступ удушья, это было совсем не похоже на те спокойствие и уверенность, которые она испытывала прошлой ночью. Быстро и весело, во всяком случае, она старалась, чтобы ее слова звучали весело, Рэнди спросила:

— Я полагаю, животноводы всегда заказывают мальчиков?

— Да нет, девочек.

— Девочек?

— Спроси любого отца на Севере. Юноши всегда заводят собственные фермы, а девушки приводят мужчин на ферму своих родителей. И это не говоря уже о том, что помощи от девочек гораздо больше. Скотоводческая ферма немыслима без конных пастухов, а лучших всадников, чем женщины, нет.

— Я тоже могу ездить верхом, но я не могу похвастаться особым искусством! — засмеялась Рэнди.

— Ну, мы поручим Джейн заняться тобой, — пообещал Сим, — хотя я говорил совсем не об этом, дорогая, я имел в виду…

— Семью, в которой дети свои, а не приемные. — Рэнди произнесла это легко, но при этом она снова почувствовала боль в душе, боль, которая на самом деле никогда не оставляла ее.

Вплоть до окончания похорон Рэнди жила в доме дяди Джорджа и тети Фрэнси. После похорон Симу потребовалось еще какое-то время, чтобы продать автомобиль.

— Не считая самолета, на ферме множество транспортных средств, Миранда, — говорил он ей, — джипы, пикапы, грузовики, но там нечего делать таким игрушкам, как эта.

Наконец они отправились домой. А дом находится в том месте, которому принадлежит твое сердце.

Рэнди думала обо всем этом, глядя вниз на местность, подобную которой она не встречала нигде ранее, хотя практически всю жизнь провела на фермах. Земля цвета хорошо обожженной глины казалась безжизненной, тем не менее то там, то тут в блестящее небо взмывали яркие павлины и поднимались зеленые, полные жизни холмы. Дом там, где находится твое сердце, и эта местность является сердцем всей Австралии, но принадлежит ли и будет ли когда-либо принадлежать этому месту ее сердце? Без Джеффа может ли это место когда-нибудь стать ее домом?

— Миранда. — Сим был явно озадачен, и она догадалась, что он уже говорил ей что-то, но она не слышала.