Сама она в артефактах разбиралась плохо. Ее сила была врожденной, теоретических знаний Регине остро не хватало. Она лишь выяснила, что артефакт – это предмет, с которым связана определенная духовная энергия.

– Так ты и дурил им голову? – спросила она. – Авиновым. Ты подбрасывал им в дом эту дрянь, происходило странное, а винили во всем меня.

– Не все. Похоже, заметили это только двое из них.

– Ульяна и Никита.

– И ты, – добавил Андреев.

– Я, скорее, почувствовала, а не заметила. Из-за тебя они видели то, чего видеть не должны. Ты пробуждал их самые страшные воспоминания. Ты поставил их жизнь под угрозу.

– Веришь или нет, но я не желал им зла.

– Верю, – кивнула Регина. – Как ни странно. Тебе было плевать на них. Для тебя они, живые люди, стали просто инструментами, чтобы вымотать меня.

Он двигался по нарастающей. Сначала артефакты, которые он использовал, были относительно безобидны – они лишь вызывали слуховые и визуальные галлюцинации. Андреев проверял и Регину, и семью, с которой она жила. Регина старалась помешать ему, но получалось не всегда. Так Никита и Ульяна оказались под его влиянием. Младшие дети тоже многое замечали, но у малышни психика гибкая, сломать ее куда сложнее.

Враждебность в доме усилилась, и все же Андрееву этого было мало. Никита не согласился помочь ему, до Регины было не добраться. Он усилил давление.

– Ты пытался убить Никиту, – заметила Регина. – Ты бы не остановился.

– Не остановился бы, но его смерть не была моей целью, – кивнул Андреев, перебирая инструменты на рабочем столе. Она видела, как блеснуло в свете лампы лезвие скальпеля. – Я хотел запугать его. Первое нападение в клубе, например, только на это и было рассчитано. Он должен был испугаться смерти!

– Но он не поддался.

– Увы. А поддался бы сразу – все было бы проще.

– То есть, твои преступления – вина Никиты?

– Преступление – такое громкое слово…

– Люди пострадали, – холодно заметила Регина.

– О чем я и говорю: дело затянулось. Хотя тебе ли осуждать меня после того, что ты сделала в лесу? Я был уверен, что после того, как та девочка лишится ног, Никита примчится сдавать тебя!

– Ты даже подкинул мне куклу, которую я якобы использовала. Грязная работа: она валялась на окне, сразу понятно, как она попала в комнату.

– Не факт, что Никита додумался до этого.

– Но и к тебе он не пришел.

– Да, он оказался не самым способным учеником, – поморщился Андреев. – Это и привело к крайним мерам.

– Ты натравил на него призрака! Это уже могло закончиться смертью.

– Не закончилось, благодаря тебе. Ты поступила правильно, молодец. Я знал, что уж теперь-то добьюсь своего. Или Никита сдаст тебя, чтобы отомстить за себя и друзей, или ты так измотаешь себя, спасая его, что у тебя не будет сил сопротивляться. Сработал второй вариант. Я-то не против! Так или иначе, ты оказалась здесь.

Ему не нужно было говорить, как далеко он готов зайти, Регина и сама это видела. Она не хотела наблюдать, как он готовится к ее убийству, и перевела взгляд на артефакты, разложенные на столах.

Для кого-то другого это были всего лишь предметы, но она видела больше, куда больше. Черная энергия, вьющаяся над безобидными безделушками. Детские силуэты рядом с игрушками.