– Пойдем.

– Только давай не на отельный пляж, а на дикий! Туда, за камни…

– На дикий так на дикий. Я за полотенцами схожу.

Алексей поднялся на лифте к себе, на шестой этаж. Сложил в пакет полотенца, не забыл прихватить виски – перелил в маленькую пластиковую бутылочку. Мало ли, замерзнет красотка – сейчас жарко, а как стемнеет – холодно станет. Так здесь бывает, да.

Отельными бассейнами Катя не то чтобы брезговала, но… Там вечно шум, гам – все время дети какие-то лазят, брызгаются, толкаются. Суета! Не уж, лучше на пляж. Дорогу только перейти по туннелю и вот…

– Туда, к камню пойдем, – распорядилась красотка.

Пошли. По узенькой асфальтированной дорожке, ведущей вдоль шоссе параллельно пляжам. Мимо проносились автомобили и большие автобусы. Вокруг буйно разрослись агава, акация и еще какие-то кусты, шиповник, наверное.

Солнце садилось, заливая небо и море расплавленным золотом заката, подсвечивая сиреневые облака, вдруг набежавшие к вечеру. С террасы отеля доносилась музыка, какая-то местная турецкая попса. Рядом высился еще один отель – за ним еще, и так по всему побережью до самой Антальи.

Вдруг послышался треск мотоцикла. Вернее, не мотоцикла, а скутера. Двух!

Подростки катались. Судя по номерам на модных скутерах – местные. Мальчишка лет четырнадцати, брюнет, в узеньких джинсах и черной майке с логотипом известного турецкого рокера Теомана и тоненькая темно-русая девочка такого же возраста. Только не в джинсах, а в шортах и черных гольфиках. А на майке – «Анатолийский рок-фестиваль». Подростки остановились у поворота. Вернее – стояли. Настороженно оглядывались, будто чего-то натворили и в любую секунду были готовы дать деру! Оба – в темных очках. В руках у парнишки Ляшин заметил какой-то непонятный прибор, похожий на винтажный проектор для диафильмов! Показалось вдруг, будто бы из объектива прибора вырывается едва заметный зеленовато-фиолетовый луч… Тьфу ты! Когда кажется, креститься надо.

– Ну вот он, гиперболоид инженера Гарина! – заходя в воду, пошутил Алексей. – Говорят, весь местный туристический бизнес налаживали немцы, – заходя в воду, усмехнулся он.

Спутница его ничего не ответила, лишь оглянулась по сторонам. То ли Толстого не читала, то ли просто не обратила внимания на слова. Не до того было – место показалось девушке достаточно пустынным для того, чтобы купаться голенькой. Что она и сделала: сбросив с себя все, побежала в воду, подняла тучи брызг! Нырнула… поплыла, догнала нежившегося в воде Алексея, перевернулась на спину.

– Эгей! Здорово! Ведь правда супер? Ой…

Последнее восклицание относилось к кораблю, внезапно появившемуся из-за мыса. Это была галера, мастерски сделанная под старину. Наверное, именно ее молодые люди видели совсем недавно в Сиде… или в Аланье. На море стоял штиль, и судно шло на веслах. Не торопясь, так, чтоб все могли полюбоваться хищными обводами корабля, оценить блестевшие на корме и баке орудия, вообще всю эту боевую красоту.

С любопытством рассматривая галеру, Ляшин опустился на ноги – не так уж тут было и глубоко, да и судно оказалось уже совсем-совсем рядом, так что были хорошо заметны позолоченные украшения на носу и стоявшие возле пушек люди. Бородатые, в чалмах-тюрбанах, кое-кто – и в сверкающей на солнце кирасе.

– Уау! – не сдержавшись, восхищенно воскликнула Катя. – Я за смартфоном, ага!

Ну, еще бы! Сделать селфи на фоне такого вот чуда! Конечно, хорошо бы не голое…

– Ты хоть майку надень… Эй!

Алексей так и не понял, куда делась девчонка. Вот только что бежала к берегу, и на тебе – нету! Споткнулась, что ли? Ну, с другой-то стороны – не утонет, мелко, да и плавала красотка неплохо.